Иллюзия отражения

– Глупость такого замысла вот в чем: куда я денусь с «подводной лодки»?

– Это русская идиома?

– Это – русская правда. Предположим, вы меня отпустите, но... Мною займутся люди Александра Алиевича Арбаева. Суд присяжных им не нужен. Я же не идиот и не самоубийца. Так что... Киллеры у нас предпочитают уходить с места преступления неузнанными и неопознанными. Иначе их работа теряет всякий смысл. Мертвым деньги не нужны.

– А если предположить, что кто-то запланировал именно такой вариант? Сначала гибнет Арбаева, затем – вы?

– Зачем устранять Алину Арбаеву?

– Чтобы вывести из равновесия ее отца.

Особенно перед крупной сделкой. Тем более сам он, насколько мне известно, всегда путешествует с сильной охраной и для простого покушения малодоступен. Резонно?

– Может быть.

– Так вы признаетесь, что убили Алину Арбаеву? – Лицо префекта расплылось в жизнерадостной улыбке.

– Нет. Все было так, как я сказал.

– Девушка ни с того ни с сего покинула этот мир?

– Возможно, ей обещали лучший.

..

– Обещали? Кто? Вы? Она что-то говорила вам об этом?

– Да. Она была уверена, что станет звездой.

– Алина Арбаева была занята в шоу-бизнесе? Или в кино?

– Нет. Она имела в виду прямой смысл этого слова. Она была уверена, что станет звездой наподобие... – Тут я запнулся – не смог вспомнить названия ни одной звезды. Кроме Полярной, разумеется. Но вряд ли девушка собиралась заменить собою звезду с таким холодным названием.

– Она была адекватна?

– Смотря в чьем понимании.

Для поэта ее суждения показались бы вполне здравыми, для чиновника...

Префект поморщился так, словно разжевал лимон:

– Вот в это – особое мироощущение поэтов – я, простите, не верю. Если у них не будет денег на кусок хлеба...

– Они все равно останутся поэтами.

– Вы упрямый человек, Олег Дронов.

– Вовсе нет. Просто мне нравится узнавать людей, непохожих на меня. Разных.

– Не лукавьте. Все мы ищем людей, похожих на себя, чтобы нас по меньшей мере понимали... Вы понимали Арбаеву?

– Боюсь, что не вполне.

– Почему? Вы же довольно долго беседовали?

– Пожалуй, я устал, постарел и очерствел душой.

– Витиевато.

– Это правда.

– Предположим, действительно произошло самоубийство... Вы не пожелали помешать?

– Я не успел.

– Почему?

– Я уже сказал. Устал. Не понял, что она готова именно к самоубийству.

– Вы не пройдете со мной к парапету?

– Как вам будет угодно.

Мы поднялись, вышли из комнаты в чайную.