Иллюзия отражения

Поскольку печек на этом распрекрасном острове не водится, остается «или».

То, что Арбаеву довели до самоубийства или принудили к нему, – для меня факт. Каким образом? Версии всего две: предположим, она влюбилась. И этот ее пассия разыграл из себя звездного демона и запорошил девушке мозги. А потом – при содействии неведомого наркотика – пригласил прогуляться по просторам Вселенной. Это первая. И вторая: девушка была закодирована на определенное воздействие. Некто позвонил ей, активизировал код, и – до свидания.

Возможно, активизация кода имеет несколько этапов. Начальный был проведен еще до нашей встречи: Алина уже тогда рассуждала как в старинной песенке времен культа личности: «Я из пушки в небо уйду, тиби-тиби-ду...» Звонок лишь завершил активизацию.

Что еще? Программа кодирования для Арбаевой была составлена индивидуально, с учетом ее пола, возраста, особенностей характера, психики, темперамента... Это сложная и трудоемкая работа, требующая присутствия хорошего специалиста и определенных технических средств.

Требующая еще и времени. Кто и как смог провести ее с дочерью мультимиллионера? И – где?

И наконец, таблетки. Как выразился Ален Данглар – «для свежести дыхания». Стоп! Может быть, это такой наркотик, который позволяет произвести кодирование скоро и непринужденно, безо всяких технических наворотов? Может быть. Вот только снадобье исчезло. Бесследно.

Я спросил еще кофе. Сердце ныло, и на душе вдруг сделалось тоскливо и горько. «Здесь, под небом чужим, я как гость нежеланный.

..» – заклубилась в моем воображении мелодия, и очень захотелось домой. Вот только где мой дом?

Глава 13

В углу кафе стоял старинный телефон-автомат. В такой некогда бросали двадцатипятицентовые монеты. Сейчас можно было воспользоваться карточкой, но в остальном – внешний вид сохранили, и смотрелся здесь ветеран стильно и даже нарядно.

Я набрал нужный номер, выслушал три гудка.

– Да, – ответил мне хриплый голос. Это был Диего Гонзалес. Понятное дело, в полчетвертого утра он спал.

– Диего, мне нужна твоя помощь.

– Сейчас?

– Да.

– Ты где?

Я задумался на мгновение. Если я соображаю правильно, то место не имеет значения. И назвал кафе.

– Буду, – просто ответил Диего и положил трубку.

Человеком Диего был вдумчивым и немного-словным. И лет ему было порядком, где-то за шестьдесят. Сухой, жилистый, но порою несколько меланхоличный, он производил впечатление тугодума и покладистого малого; это обманывало многих.