Охота на медведя

– Она и теперь.,. Акции российских предприятий не будут стоить ни полушки.

И мы... мы не сможем их толкануть вверх.

– У нас есть резерв «верховного главнокомандования».

– Да? – На лице Тома не отразилось никакого воодушевления. – Для того чтобы поднять рынок, нужно будет, – Том возвел глаза, – два?три миллиарда долларов. Это по минимуму.

– Разве страна оскудела деньгами, Том?

– Такие акции ни для кого не товар.

– Но и не воздух. Заводы стоят миллиарды долларов. Ты это знаешь. Я это знаю. Это знают те, кто обладает реальными деньгами.

Но – ты прав. Они не выглядят как товар. Мы сделаем их товаром.

– Будем формировать спрос?

– Ажиотажный спрос, Том.

– Серьезные финансисты станут выжидать.

– Нет, Том! Кто не успел, тот опоздал! Это ты в Англии рос, а все наши будущие инвесторы – советские люди!

– Все равно, Олег... Использовать конъюнктуру возможного рынка в реальных комбинациях – это иллюзия.

– Финансисты рынок не используют. Они его создают.

* * *

...Фондовая биржа была похожа на муравейник, в который закинули горящую головешку.

Молодые люди сновали взад?вперед, лица у одних были озабоченные, у других – отчаявшиеся. У экранов мониторов с лихорадочным блеском в глазах застыли молодые люди: отблески цифр словно завораживали их, а мелодичные звонки импортных телефонных аппаратов звучали странной нездешней музыкой – словно звуки дудочки гамельнского чародея?крысолова, уводящего зачарованных детей в глубины земли, в бездну...

* * *

...Кабинет высокого правительственного чиновника.

Он стоя что?то отвечал по телефону, скомканным платком промакивая беспрестанно потеющий лоб. Положил трубку аккуратно, словно боясь оскорбить стуком абонента на том конце провода.

Телефон стоял на отдельном столике. На нем не было никаких наборных панелей.

Только герб России. Чиновник только опустился было в кресло, как запиликали сразу несколько аппаратов на приставной тумбе. Глаза его были полны безумного беспокойства за собственную покойную будущность..

.

* * *

...Поздний вечер. Чернов с собеседником сидел в отдельном кабинете частного ресторана.

– Борис Михайлович, я никогда не был паникером...

– Я это знаю, Марк Моисеевич.

– Поэтому расцени мои слова правильно. Рынок... умер. И убил его – ты.

– Я?

– Ну твой Медведь, какая разница?! Все знают тебя. Здесь нужна была ювелирная работа, а он – грохнул. Знаешь, что будет дальше?

– Догадываюсь.

– Головы полетят по полной программе. Твоя – первая.