Зимопись. Путь домой. Аз

А заглянем в счастливое завтра: допустим, ситуация перевернулась. На троне – я с товарищами. Вместо трона – круглый стол, все равны, крепостные освобождены, всем предоставлены одинаковые права и возможности. И высшие решения принимаются только голосованием. И только на благо общества.

А кто определяет, что благо, а что нет? Мы.

А кто является нашим противником? Прежние властители, потерявшие свои привилегии, и их прихлебатели. Еще – некоторые наши помощники, которые считают, что судьба их обделила, поскольку они рисковали жизнями и потому имеют не меньше прав сидеть за круглым столом с нами или, если места за столом на них не хватит, вместо нас.

К неприятелям можно отнести и середнячков или бывших обездоленных, которые раньше перед властью лебезили, а теперь смекнут: другим удалось подняться наверх, почему же, дескать, не попробовать и нам? Вместе с семьями – это немалая часть общества.

Что они хотят сделать с нами? Свергнуть и расправиться. Что нам нужно, чтобы этого не произошло? Найти врага и расправиться с ним первыми.

Вот и вся суть политики во все времена.

Сейчас царица находилась в крепости или в великолепном шатре со всеми удобствами, а мы, ее противники, на холодной земле, где в компании бандитов будем ждать ночи, чтобы в темноте и опасности двигаться вперед. Расклад вроде бы не в нашу пользу. Но, как ни удивительно, шансы равны. Мы живы – значит, или мы, или нас. То есть, шансы – пятьдесят на пятьдесят.

Повторю еще раз: за ретроградство и ограничение своих подданных в знаниях и возможностях, что позволяет нам выжить – Алле великая хвала!

Поделюсь еще одной радостью: ко мне вернулась моя прелесть.

К сожалению, радости сопутствовало огорчение: мое стальное чудо вернулось ко мне не навсегда. Если пойдем в очередную башню, катану вновь придется отдать. А сейчас пальцы сжимали рукоять с чувственным восторгом, сравнимым разве что с поцелуем или объятиями с Зариной. Никогда не думалось, что я настолько привязчив к вещам.

Поправка: к хорошим вещам, к необходимым для упомянутого выживания.

Наверное, это действует инстинкт самосохранения.

Еще одна поправка: все, сказанное перед этим – беззастенчивая ложь, придуманная подсознанием для самооправдания. В самом деле, при чем здесь инстинкт? Никто не спорит, что владеть хорошей и нужной вещью – приятно, но зачем выискивать естественные причины и возводить в культ? Для кого люди и вещи равны – прошу в темный дом, там для вас, такого умного, найдется удобная комнатка, келья или камера.