Зимопись. Путь домой. Аз

Цариссы с собранными отрядами отбыли на войну (за неимением точных сведений назовем это пока так), оставив наследниц заведовать башнями. Это говорило о двух фактах. Во-первых, где-то дела настолько плохи, что для отпора врагу нужно собрать максимальные силы. Во-вторых, если царисс разобьют, наследницы обязаны обеспечить и возглавить второй эшелон защиты, для чего им необходимо безвылазно сидеть дома, собирать новых бойцов и ждать известий.

Узнав, что наша цель – темный дом, в другое время Ярослава поехала бы с нами, чтобы узнать, чем кончится дело.

Сейчас мы могли быть спокойны – в опасное время башню на произвол судьбы не оставить. Правда, нам могли дать сопровождающих. Темный дом находится в вотчине цариссы Яны, и все происходящее с ним касается и ее. Как и Ярославы, заместительницы хозяйки. Но сопровождение – меньшее из зол. Все равно внутрь темного дома придется идти официально, хотя бы чтоб спросить, находится ли там святая сестра Зарина или нет. Дальнейшие планы – в зависимости от ответа.

Царевна бегло глянула в амнистию и протянула обратно.

– Здесь указан Малик Носатый. Как понимаю – бывший вожак разбойников?

Малик встал и поклонился.

Ярослава сделала кистью движение, чтобы он сел и не мозолил глаза. Сама она по-прежнему стояла в дверном проеме и входить не собиралась. Возможно, рост Малика лишал ее возможности смотреть на нас свысока. Теперь все снова стало в порядке.

– Почему рыкцари Малика Носатого убиты или казнены, а их командир жив и неплохо себя чувствует? – высокомерно осведомилась царевна.

Она как бы ни к кому не обращалась. Отвечать в таком случае должен старший из нас, то есть папринций, но Малик вновь поднялся:

– Позволите ответить?

Нервным махом руки Ярослава вновь усадила его:

– Говори.

– Командир свободных рыкцарей не хотел крови, – заговорил Малик о себе в третьем лице – так же, как было в прозвучавшем вопросе, – он сделал все для примирения, сложил оружие и отдался на милость Верховной царицы.

Судьба сразу повернулась к нему лицом, и отныне не существует Малика Носатого, а перед вашими глазами сидит, по вашему распоряжению, объявленный невестор Малик Ефросиньин.

Ярослава поморщилась, то ли ухмыляясь, то ли просто кривясь:

– По дороге сюда соседка охомутала? Шустрая. Я могла бы поздравить, но, скорее, соболезную. Имею в виду, конечно, не Ефросинью.

Ярослава развернулась и сделала шаг на лестницу.

Весь наш план рушился. Вторая осечка.