Синдром ушедшей весны

Когда машина остановилась у её подъезда, Катя уже безболезненно воспринимала произошедшее – ничего страшного не случилось, как и сказал Альберт.

– Мне нужно вернуть одежду Нинель, а я завтра с трех снова.

Альберт кивнул и вышел из машины. Проводил Катю до квартиры, забрал кардиган, от предложения Кати его постирать отмахнулся – есть химчистка. От предложения зайти отмахнулся тоже. Только дома Катя поняла, что он поедет в химчистку, а утром сам незаметно вернет одежду Нинель. И машину чистить поедет – на сидении Катя точно видела пятно.

Катя долго подбирала слова, чтобы на следующий день сказать Альберту, как она благодарна. И напрасно – назавтра Костецкий вёл себя как ни в чем не бывало. Говорил тоном начальника и только по работе – будто вчерашний вечер ничем от предыдущих не отличался. Но для Кати точно все изменилось. Она больше не видела в Альберте ни «золотого мальчика», ни развязного пошлого парня, ни начальника-самодура – хотя все эти маски он удачно демонстрировал окружающим изо дня в день.

Настоящий Альберт Костецкий был совсем не таким. И зачем-то так удачно скрывал свое истинное лицо от посторонних.

***

В субботу позвонил Егор. Катя сначала растерялась, увидев номер телефона другой страны, но потом все же решилась ответить:

– Катя? – в трубке был шорох и какой-то гул. – Альберт сказал, что ты не против, если я позвоню.

Он говорил тихим и ровным голосом, и Катя вдруг ощутила все: его руки, его поцелуи, запах его парфюма. И снова удивилась, как сильно он ей понравился, несмотря на ситуацию.

Оказывается, все эти воспоминания жили в ней. Голос Кати дрожал, и она ответила грубее, чем хотела:

– Я думала, ты позвонишь раньше.

– Я не был уверен, что ты хочешь меня услышать.

«Хочу, – подумала Катя, – я так ждала твоего звонка». Но вслух сказала холодно:

– Зачем же ты звонишь?

– Хотел узнать, как ты… После всего произошедшего. И как тебе работать с Альбертом?

– Все хорошо, – Катя боялась, что Егор услышит, как дрожит ее голос, несмотря на строгий тон.

– И еще хотел извиниться. Всё, что между нами произошло – ненормально.

– Рада, что ты это понял. Но твои извинения мне не нужны. Все в прошлом.

– Понимаю, что вел себя с тобой по-свински…

Он что-то говорил, но в голове у Кати закружились картинки: он целует ее, расстегивает платье. Его руки скользят по ее телу. Он не дает ей думать, потому что все вокруг – его тело и запах, его поцелуи.

– … Катя? – он явно ждал её ответа.