Ведьмины сказки

– Так вы протащили эту женщину по земле? – гаркнул Кесо,– это жестоко!

Ней поставил палку на место, снова облокотился на ее и успокоившись ответил:

– Дорогой воин короля! А как же еще бы мы узнали, что она ведьма? Чертовка не хотела признаваться. А теперь ее слова обнародованы в суде. У нас и протокол имеется. Мы же не варвары какие-то, а по закону живем. И суд у нас божий, именем короля!

– Мудро ты говоришь, староста Ней, мудро. Но мы как раз охотимся за ведьмой. И если это она, то мы хотим засвидетельствовать перед королем ее смерть, – громко сказал Гаррет, смотря на освещенную пламенем толпу.

– Ночь уже приходит, людям спать пора. Но раз ты хочешь засвидетельствовать, то изволь! Сейчас мы ее сожжем, ведьма она и есть, – прорычал со злобой Ней. В его голосе чувствовалась угроза.

Гаррет дернул узду влево, подбодрил коня ударом каблука в ребро и сделал небольшую проходку перед толпой. Толпа расступилась. Гаррет остановился напротив старухи. Его и ее лица были на одном уровне.

– Ты ведьма? – спросил Гаррет, глядя в изуродованное лицо женщины.

Кожа старой была изрезана и стерта, но два живых глаза были наполнены смыслом. Женщина все понимала.

– Да, я ведьма, только огонь может остановить меня, – проговорила она кривыми губами.

Запекшиеся губы треснули. Кровь хлынула по подбородку.

На Гаррета смотрели добрые глаза, полные слез. Было понятно, что старуха защищает внучку. Любящее сердце отдавало жизнь за родного человека.

– Вот завтра и увидим, будет ли девчонка бесноваться.

Если надо, и ее сожжем, – проговорил в спину Гаррета Ней, – а ты, законник, будешь свидетелем. Все по закону, по суду. Мы тут самоуправством не занимаемся, как видишь. А теперь пора приступать.

Хромая старик подошел к ближайшему костру и достал из него горящую ветку. Неспеша он стал идти к разложенному под женщиной костровищу.

– Не надо! Бабушка! – крикнула Хельга и кинулась к старосте.

Двое мужчин выскочили из толпы и схватили молодую за руки.

Толпа пришла в движение, заулюлюкала, закричала. Плакали дети, орали женщины, молчали мужчины. Начинался шабаш.

Кесо подъехал к Гаррету.

– Мы ничего не можем сделать. Был суд. Ее сожгут, это решено, – сказал взволнованный Кесо.

Было видно, что он не рад такому развитию события, но что поделаешь, эта старуха не первая, кого сожгут на костре. И скорее всего не последняя.

– Сожгите меня, добрые люди, и вы увидите царствие божие, – завопила старуха.