Маньяк, похожий на меня. Детективные рассказы и повести

Отрапортовал: – В нашей, деревне, барыня, всё есть, вона как оно! Куды итить-то? Мы шли-то сюды откель? Там мы шли?

Для пущего смеха Левин указал в глухую чащу, где километров на двадцать не найдёшь ничего, кроме болота. Светлову это понравилось. Когда спутники не забывают, что он тут самый умный и ответственный, да ещё и за солью бежать придётся кому-то другому, это приятно, это правильно.

Виктор Сергеевич Светлов взял нерадивого школьника за плечи и слегка развернул:

– Вот тропинка.

От дзота надо повернуть налево…

– Не дзот, а дот, – эхом отозвался из под сосны Марецкий. – Это во-первых… Дзот – это когда из земли и брёвен…

– Кто, простите, из земли и брёвен? – спросил Левин и посмотрел на окружающих с истинно еврейским простодушием. Это понравилось Светлову ещё больше.

– Помнишь, мы мост через речку переходили? Потом по тропинке наверх поднялись. Там такой муравейник ещё здоровый стоял…

– Бывают муравейники больные… – иронически усмехнулся Марецкий.

Светлов шутку проигнорировал.

– Там напротив какие-то камни валялись среди деревьев, – вспомнил наблюдательный Левин, – железобетонные. Майка ещё спросила, что это, а я не знал.

– Это и есть дот. Вадим меня верно поправил, это взорванный финский дот.

– А на нём написано, что он финский? – Марецкому хотелось дискуссии, может, даже скандала, и скрытые намёки на примирение он решительно отвергал.

– Вадя, – ласково напомнил Светлов, глядя не под ноги, а в небо за ветвями сосны, – я, между прочим, объясняю Михаилу, как он пойдёт за солью в посёлок.

Чтобы тебя не тошнило. Если не нужно, так прямо и скажи… Так вот, это не камни там. Это обломки толстых стен из железобетона. В финскую войну там стояли пулемёты. Бомбу кинули или после войны взорвали, этого уж я не знаю, но так там эти глыбы и лежат, слева от тропинки. Дот. Долговременная огневая точка.

Майин смех прервал лекцию по краеведению.

Когда строгая школьница Майя смеётся, она удивительно хорошеет.

– Вот она, соль! Угадайте, где? Её этот ваш Брюс к себе в рюкзак уложил зачем-то…

Все дружно поглядели на далёкую ольху, где, вцепившись в нижнюю ветку руками, мерно покачивался Брюс. Он прекрасно там смотрелся в своей пятнистой рубашоночке полувоенного образца, но прыгнуть вниз под обрыв пока не решился.

– Смелый мальчик, – уныло сказала Таня.