Короли и убийцы. Сага о Гленарде. Том третий

Насколько я знаю Влеску, отпускать тебя кутить одного она бы не стала. А с Влеской приехала бы и ее огромная свита, сборы бы затянулись надолго, и я бы об этом знал сильно заранее. Кроме того, я знаю, что вы сейчас ждете второго ребенка, и ты бы вряд ли решился просто так оставить Влеску в таком положении и отправиться на север кутить и пьянствовать.

– Ну, да, – Брайн саркастически усмехнулся, – я себе не враг и не самоубийца.

– Можно было бы, конечно, предположить, – хитро прищурился Гленард, – что ты, устав, решил просто сбежать потихоньку на время из Слотсквена, но что-то мне кажется, что это не в твоем характере.

А значит, ты, скорее всего, здесь по делу, связанному с Империей и со Славием. И, вероятно, по делу серьезному и не терпящему отлагательств. А посему, выкладывай, Брайн. Наливай себе еще вина и рассказывай.

– Что ж, логика тебя всё ещё не подводит, Гленард, – Брайн покачал головой, а затем взял в одну руку кубок, а в другую руку большой кусок козьего сыра. – Всё именно так.

– И? – поднял брови Гленард.

– Если не ходить вокруг да около, – Брайн прожевал сыр и запил его вином, – то всё очень просто. Славий едет сюда. В Кратхольм.

– Ничего себе у тебя всё просто! – изумился Гленард. – Император огромной страны едет из столицы через половину Империи на самый северный рубеж в маленькое баронство. Зачем?!

– Может, он просто по тебе соскучился? – улыбнулся Брайн.

– Я, конечно, считаю себя другом Славия, но вряд ли он ради этого бросит все свои дела, которых, я знаю, у него огромное море, и отправится на север поохотиться и покутить со старым приятелем.

Да и не успел бы он соскучиться по мне, я три месяца назад в Рогтайхе был. Продолжай Брайн, говори всё, хватит загадок и предположений.

– Ну, хорошо. Не хочешь играть в загадки, тогда скажу скучно и прямо. Ты, конечно, понимаешь, что это всё только между нами, слово и дело Императора.

– Конечно.

– Император хочет заключить новый союз с бьергмесами. Расширить сотрудничество по всем направлениям.

Предоставить больше прав бьергмесам в Империи. И всё такое. Славий считает, что будет символично и правильно заключить новый союз там же, где много веков назад был заключен нерушимый многовековой Кратхольмский пакт.

– Я понимаю, – задумчиво протянул Гленард. – Славий по каким-то причинам хочет сохранить переговоры с бьергмесами в тайне? Не хочет устраивать пышную церемонию в столице?

– И это тоже, – согласился Брайн.