Тени Трона

– Союз с Тадешом? С этой изворотливой скотиной? Ты уверен, друг?

– Нет, не уверен, – Гленард пожал плечами, – но посмотрим. Рассказать Донрену и обвинить Тадеша мы всегда успеем. Я бы, правда, начал беспокоиться за барона ан Алус. До тебя Тадешу сейчас добраться сложно, а вот ему он рот заткнуть может быстро, хоть золотом, хоть сталью. А не хотелось бы, он мне понравился.

– Посмотрим. Если волнуешься, давай намекнем Донрену и приставим к нему охрану.

– Не получится. Если попросим за него, придется всё рассказывать.

Донрен умный, всё поймёт. А так мы с тобой с утра просто ездили потренироваться. Барону Шалтусу просто пожелаем удачи. В конце концов, он друг Тадеша, а не наш.

– Что за шутовство ты разыграл с герцогом, кстати? Продолжение вчерашних развлечений с ним?

– Ага. Извини, не смог удержаться. Мне почему-то очень нравится его дразнить.

– Ты же мог его раскроить в первые же секунды, Гленард. Он большой, но ты быстрее и гораздо опытнее.

– Мог бы. Но Донрен мне запретил убивать.

Мне нужно было вымотать Тадеша, свалить его и унизить, чтобы позадавать ему вопросы. Что и получилось.

– Опасная игра, Гленард.

– А когда у нас с тобой было по-другому, Славий? Каждое утро, просыпаясь, мне глупо спрашивать, что день грядущий мне готовит. Ясно же: следы, погони, сражения, кровь и смерть. И так уже почти пятнадцать лет.

– Надоело?

– Не знаю, Славий. Мне, наверное, нет. Однако с появлением сына мне всё сложнее рисковать. Я понимаю, что рано или поздно, может, завтра, может, сегодня, это плохо закончится.

Но это как вино для пьяницы. Ты хочешь бросить, но не можешь. Раз за разом, день за днем, дело за делом, погоня за погоней, драка за дракой. Возможно, это рождает внутри нас что-то такое, что нас опьяняет похлеще любого вина. И я, похоже, пьяница, но не от вина, а от этого риска и ощущения опасности. Не могу без него, хотя умом и понимаю, что лучше остановиться.

– Ты философ, Гленард. Когда всё это закончится, после коронации нового Императора, поехали ко мне в Квитин.

Залезем в подвалы замка Вартин, откупорим большой бочонок лучшего вина, и забудем на многие дни обо всём плохом! Что скажешь, хорошая мысль?

– Замечательная мысль, герцог Квитин! Только Лотлайрэ не говори. Боюсь, что она всей замечательности этой мысли может не оценить, – улыбнулся Гленард.

Глава IX

Стены небольшой, но уютной гостиной были завешаны гобеленами с вычурными изображениями садов и дворцов.