Клады великой Сибири

– Ну, господа, – прервал молчание Бромберг, – мне некогда с вами рассуждать! Сейчас надо дать поворот кораблю. Пойдемте на верхнюю палубу. Оставлять неумелого Чи-Най-Чанга одного – опасно.

Делясь впечатлениями, все общество поднялось по трапу наверх.

– Боже мой! Боже мой! – вырвалось из груди молодой девушки.

Действительно, было чем восхищаться!

Воздушный корабль уже поднялся на высоту пятисот футов и теперь плавно несся к востоку.

Дивный ландшафт расстилался под путниками.

Ручьи и холмы, леса и деревни казались дивной картиной, писанной живыми красками.

На полях, словно муравьи, ползали люди, скотина, домики казались игрушечными, луга и зелень ярко пестрели под солнечными лучами.

Восторженными взорами путники смотрели вниз.

А воздушный корабль, управляемый теперь твердой рукой самого инженера, забирался все выше и выше, приподняв чуть-чуть свой красивый, блестящий нос.

– Семьсот пятьдесят футов! – крикнул со своего места инженер. – Пока подъем достаточен! Уходите, господа, в каюту; сейчас мы понесемся полным ходом, и вам не усидеть на площадке.

Люк снова был открыт, и общество спустилось вниз.

Гигантские крылья завертелись с головокружительной быстротой, и воздушный корабль полетел, словно стрела, пущенная из туго натянутого лука.

Через окно видно было, как далеко внизу мелькают поля и деревни, леса и реки.

– Не менее ста верст в час! – воскликнул Суравин.

– Сто двадцать! – поправил Верлов.

– Невероятно! – воскликнула девушка.

– А между тем это так! – улыбнулся Верлов. – Мы только что пролетели над Орлом, а через десять часов такого хода мы будем пролетать над Самарой. Но… пока довольно! Следует не забывать жизненных привычек и пить чай даже на высоте тысячи футов.

С этими словами он открыл шкаф, достал из него самовар, налил воды и приложил к нему два провода.

– Что вы делаете? – спросила девушка.

– Кипячу воду! – смеясь, возразил Верлов. – Ведь это электрический самовар.

– А что делает наш Чи-Най-Чанг? – спросил Суравин.

– Он учится заменять на простом полете Бромберга, – ответил Верлов. – Нам придется всем брать уроки управления, чтобы не возлагать всю тяжесть работы на нашего уважаемого Семена Васильевича.

– Конечно! – согласились все.

Верлов взглянул на воздушный лаг.

– Ага! Наш инженер сбавил ход. Сейчас идем средним ходом, по пятьдесят верст в час.