Редактор

Эта встреча не была информативна, не выделялась чем-то знаковым, просто летом на железнодорожном переезде в Стрельне, демократичный водитель открыл дверь и выпустил изнывающих от жары пассажиров на свежий воздух в ожидании проезда электрички.

Вышли понятно не все и мое внимание привлекла одиноко стоявшая, рядом с остановкой, девушка, смотрящая, куда-то мимо меня (я даже оглянулся, но ничего не увидел) при этом задумчиво улыбающаяся, своими большими серыми глазами. Оценив стройную фигуру и со вкусом подобранную одежду, я вернулся к глазам и просто в них утонул, и забылся настолько, что пропустил первый звуковой сигнал, поданный водителем, как пропустил мимо ушей и мирную тишину на переезде вместо повторяющихся тревожных сигналов.

Не сразу среагировала и девушка, но она быстро будто птичка вспорхнула в автобус и встала у окна, и в этот момент она увидела меня, лицо ее покинула безмятежность, открытое выражение скривила полуулыбка, несущая в себе какую то принужденность, в глазах появилось отчаяние и беззащитность, она оперлась рукой на стекло (прям «Титаник») и не отрываясь смотрела прямо мне в глаза, причем смотрела как старая знакомая, которая меня теряет.

В свою очередь я, не отрываясь, смотрел на нее продолжая стоять на остановке, в груди нарастала мутная, но при этом какая-то сладкая боль, боль огромной, невозвратной потери. Автобус неторопливо тронулся, скрежетнул коробкой передач, наддал и проехав переезд одним махом, скрылся в пыли поворота.

Я стоял на месте не шевелясь, чувство потери изменялось, деформировалось превращалось во, что-то иное, одновременно отчаяние, надежду, предчувствие перемен и наконец чувство, что перемена произошла, сменив печаль на облегчение и маленькое счастье.

Заморосил грибной дождь и только тут, с первыми упавшими на лицо каплями, я понял, что не сел в автобус и теперь не успею на встречу, но все это было как-то отстраненно, далеко и уже неважно.

Эта встреча оставила глубокий след в моей душе, я почему-то был уверен в ее важности и необходимости для моей дальнейшей жизни. Девушку я забыть не мог, но сразу почти мгновенно забыл ее лицо, что было чертовски странно, потому что я окончил художественную школу, прилично рисовал и у меня профессиональная фотографическая память.

В дальнейшем я не оставлял попыток встретить ее.