Старый дом под черепичной крышей

Поэт даже один был… Стихи проникновенные писал… с собакой большой пушистой спал, она его своим теплом грела… Благодаря этой собаке только бедолага и жил… Так что мне, Никита, людям сказать?

– Раз такое дело, то и мои в этом деле не лишние будут. – С этими словами Никита полез в карман и приложил к принесённым деньгам свои, он как раз получил зарплату.

– Вот и хорошо… Это по-совести, – заулыбался Валет, – не зря тебя наши уважают.

– А учёного как зовут?.. – спросил дворник.

– Не знаем, – пожал плечами Валет, – зачем нам это? Всех как-то зовут, но не все книги пишут.

– А денег здесь сколько? – спросил Никита указывая на пачку купюр.

– Мы с тебя расписку не просим, и кто сколько положил тоже не знаем… – ответил уклончиво Валет.

– А передать кому?– спросил Никита.

– Я и приду, или кто из наших, только пока не знаем куда нести и кому отдавать, и где этот учёный обретается?

– Может купюры посчитать, – сказал вкрадчиво Никита.

– Кому надо, тот и посчитает, – ответил Валет.

– Твоя правда, – сказал Никита и сунул сумку с деньгами под голову.

– Вот и хорошо, вот и ладненько, – сказал, улыбаясь, Валет и, повернувшись, быстро пошёл со двора. А Никита продолжил дремать под вишней и не заметил, как из-за вишни протянулась чья-то рука и осторожно вытянула из-под головы Никиты сумку и исчезла. А когда Никита проснулся, то в первую очередь пошарил рукой в том месте, где должна была находиться сумка, но так как её на месте не оказалось, то он подумал, что её и не было, и что Валет ему просто приснился.

Глава 8. Перестань пошлить

Как только посетители из дома, крытого черепицей, ушли, игрушки заволновались и стали обсуждать сложившуюся ситуацию.

– Я не хочу, чтобы меня брала эта синеволосая ведьма, – проговорила Дуня. Я и сейчас чувствую холод её рук…

– А кто ей не понравится, она того просто выбросит, – добавил Мурлотик.

– Они не чтят историю, – сказал Заступник.

– Им наплевать на древность, – буркнул Свистопляс, они, верно, плохо учились в школе и не понимают кто я такой. Это я-то уродина!? Сама уродка и мозгов с выеденное яйцо…

На Гуделкином лице тоже мелькнула минутная тень озабоченности.

– Гуделка, ты бы хоть сейчас не улыбался, – сказала укоризненно Катерина.