Чьи чары сильнее

Повозка всё быстрее удалялась от городских стен, а сыщик глубже погружался в размышления. Странные дела творятся. За всю свою практику, да что за всю практику, ни в одном из учебников не было описано нападение жуков на людей. Кусали, да, пугали, естественно, но это всё не в счёт, это всё ерунда, это совершенно другое дело, выходящее за рамки разумного понимания и осознания.

Тем временем, на тракте стало оживленно. Крестьяне и ремесленники выезжали из ближайших деревень и стекались в город, на ярмарки, для продажи продуктов, скота, одежды.

Агату пришлось сбавить скорость, а когда поток встречного транспорта, всадников, да и просто пеших крестьян увеличился, ему пришлось зажечь проблесковый магический шар, чей свет переливался из красного в синий и обратно, при этом издавая звуки визжавшей свиньи. Народ задолго до его приближения сходил на обочины тракта и с возмущением смотрел на мчащуюся повозку с одним единственным пассажиром. Контрольные пропускные посты не задерживая, пропускали Кри без досмотра.

До города Фордин оставалось треть пути, когда Кри окончательно принял для себя решение отдохнуть.

Сказывалось напряжение последних двух дней, да и годы диктовали свое, всё-таки он уже не тот прыткий молодой маг, готовый днями напролёт вести расследования без сна и еды. Руки затекли, спину ломило, глаза устали от постоянного слежения за дорогой, уши болели от переливающегося звука сигнала, похожего на вопль резаной свиньи. На пути попался указатель, красовавшийся свеженанесёнными словами: «Вы приближаетесь к лучшему городу на тракте. Трактир, отель, лучший приём». Не размышляя, он свернул с тракта и направился в город. Городок оказался не большим и разнился с милой вывеской на тракте. Дома стояли заброшенными, улицы пустынны. Но в центре, на площади, всё же стояло два каменных строения, трактир и отель. Они были сравнительно ухоженными и оживленными. «Сойдёт и это, – подумал Кри и припарковал повозку».

Внутри трактира было грязно. Давно нечищеные столы стояли покрытые слоем жира, вперемешку с крошками и разлитым пивом.

Не мытые полы, с заметёнными в углы упавшими кусками пищи. Наполовину грязные занавески на окнах. На стенах коптили свечи в давно не чищеных подсвечниках. Воздух был спёртым и тяжёлым. Агат выбрал стол в углу зала и прошёл к нему. Провёл рукой над столешницей, слой жира стружкой упал на пол, оголив чистые доски стола. Сделав жест, как будто он отмахивает тополиный пух от себя, Агат заставил отчиститься пол, под и вокруг стола.