Чьи чары сильнее

Трактирщик схватил кружку со стола и, выплеснув её содержимое на пол, вступил в воду. Когда Кри добежал до стойки, то мужика уже за ней не было, только по луже на полу шла слабая рябь. Трактирщик появился у стола дальней компании. Выскочив из поверхности грязной воды, он побежал к двери, ведущей во внутренние коридоры трактира. Посетители шарахнулись от бегущего.

– Замри! – отдал команду Агат и выставил раскрытую ладонь перед собой. Мужик замер на месте, – именем Канцлера Чаровеев… – но и в этот раз договорить не удалось, удар по голове отключил чаровея и Кри кулем упал на грязный пол.

Открыв глаза, Кри не сразу понял, где он. Он даже не понял, открыл ли он глаза или нет, насколько вокруг было темно. Постепенно проступил запах тухлого мяса. Где-то мерно капала вода. Сверху, отдаленно, доносились звуки трактира. Пошевелиться чаровею не удалось, руки и ноги были привязаны к чему-то, руки широко расставлены, ноги предельно разведены. Пальцы были ограничены в движении. Рот заткнут кляпом из грязной тряпки.

Помычав и подёргавшись, Кри понял, что из-за этого больше начинает болеть голова. Бросив безрезультатные попытки высвободиться, он постарался уснуть, приняв для себя решение, использовать удачный момент, чтобы собрать силы.

Свет ударил в лицо, заставив Кри проснуться. Медленно размокнув веки, сыщик увидел перед собой трактирщика, сидевшего за небольшим письменным столом, в школах использовали такие, для обучения письму молодых магов. Трактирщик сидел, закусив язык и аккуратно, выводил пером буквы на листе пергамента.

На столе среди бумаг, лежал жетон мага, снятый с шеи Агата. Рядом с письменным столом стоял другой, побольше, накрытый серой простыней. Тут же стояла деревянное корыто с запекшейся кровью на дне, из стены торчал кран, из которого мерно капала вода. Осмотревшись, Агат увидел, что на пальцах были одеты ограничители движения, такие применялись для обезвреживания магов, применяющих магию не во благо обществу. Пальцы были вставлены в колодку с отверстиями, а сама колодка спицами соединилась с застегнутым на запястье кожаным, широким ремнём.

Не обращая никакого внимания на мычание Кри, трактирщик закончил писать, осыпал бумагу мелким песком, сдул излишек и удовлетворенно улыбнулся.

– Зря ты дёрнулся, – практически себе под нос, произнёс он, – всё обошлось бы. Но ты вынудил нас возбудить дело, и ты проиграл. Тебе нечего мне возразить. Видишь? Я прав! Впрочем, как и всегда.

– М-мм, – мычал Кри с кляпом во рту.