Штормовая угроза

Ридли любил возвращаться. Он успевал соскучиться по своим сковородкам, матросам, аппетит которых был столь же велик, как у всей его родни.

Девушки у Ридли не было. Вернее, были насколько знакомств, когда он приводил девиц домой, и те стеснительно водили вилками по полным тарелкам. Родственники малоежек не одобряли и смотрели на девиц косо. Да и сам кок любил, чтобы аппетит его девушки не знал границ. Он считал, что тот, кто много работает, много ест. Иного не дано. И, если бы ему встретилась девушка с отменным аппетитом, сразу бы на ней женился! Но такая девушка ему не встречалась.

Много и вдохновенно ели только служившие с Ридли матросы. Но, как и всем нормальным мужикам, Ридли очень хотелось жениться, обзавестись сыновьями и дочерями, чтобы достойно влиться в многочисленную родню, ждущую, когда ее великий путешественник продолжит род.

Пока кока приводили в чувство, разделкой рыбы занялся Габ. У него это получалось так споро, что Эн ненароком подумала, а не начинал ли свою службу на флоте матрос Габ помощником кока? Она даже засмотрелась на его мастерские действия.

Раз-два-три и половина туши марлина отправлена в камеру глубокой заморозки. Вторая часть поделена пополам и уложена в обычную морозилку. Оставшиеся куски Габ пересыпал солью и собрался жарить. Команда выразила дружное «ура!», когда Габ водрузил на плиту огромную сковороду.

От запаха жареной рыбы очнулся Ридли и стал суетливо помогать Габу. Но капитан Смол приказал ему вернуться в каюту и отдохнуть.

– Все по местам! Работаем! Скоро подойдем к государственной границе, – гаркнул Шторм на матросов и традиционно добавил. – Тупого ската мне в рубку!

– Стружевич, это вам, – довольно хмыкнула Эн, кивая на капитана. Ей очень хотелось поддеть несносного гордеца. Когда она в приливе нежности бросилась ему на шею, он снял ее руки и устало отмахнулся. А ведь другие были рады тому, что она радовалась их возвращению. Вредина он и есть!

– Пойдете со мной, вольнонаемная, – мрачно бросил ей он, поднимаясь.

 – Займете свое место возле мониторов.

– Зачем я вам?! – расстроилась Эн, которой не хотелось уходить из камбуза, где так вкусно пахло. Ей нельзя было есть рыбу из-за странных аллергических реакций организма, и она старалась нанюхаться ее ароматами вдоволь.

– Перед границей мы уйдем на глубину, – бросил ей Стружевич, выходя из камбуза.

Она бы ушла следом за ним, все-таки, как ни крути, а он ее начальник.