Я убью за место в раю

Откуда бы мне знать все новости?

– Брок, скотина черная, трепался опять, – без злобы сказал Шериф,– а он-то, как узнал? Не от Президента же… Или сам старик спьяну проболтался?

Тина уселась с ним рядом на высокий стул, сделанный из соснового бревна. Уперла руки в край между широко раздвинутых ног. Она тяжело дышала, и капли пота сбегали по жилистой шее в ложбинку между грудей. Она проследила за его взглядом и в глазах заиграла улыбка.

– Так вот зачем пришел, – самодовольно сказала барменша и улыбнулась, показав хорошие белые зубы, при этом морщинки в уголках рта резко выделились, – как Элка твоя? Все приходит к тебе по ночам?

– Да чего ты.

Оставь ее.

– Все так же приходит и ничего не происходит? Странная она. Нет, я все понимаю. Но, лосось ее забери! Сколько лет уже прошло? Три? Четыре? Можно и отойти от всего. Жить-то надо дальше. В бар не приходит, спиртное не пьет. Красивая баба, а с дефектом в черепушке. Знаю, ты добряк, всех жалеешь. А себя? Мне оставляешь тебя жалеть?

– Не надо меня жалеть! Чего меня жалеть? Ну не заводись ты опять.

– Так я не завожусь. Так, обидно бывает.

Они посидели несколько минут, и Шериф глубоко вздохнул. Тина смотрела на него, не скрывая усмешки. Внезапно, резко соскочив со стула, она в один миг оказалась рядом с Шерифом и сдернула его с табурета. Схватив за рубаху, толкнула спиной к стене. Их носы соприкоснулись.

– Ты чего? – перепугался Шериф.

– Заткнись и терпи, – только и промолвила барменша.

Она опустилась вниз и против ее сильных рук он уже ничего не смог сделать.

Какая же она красивая, черт. О, мох мне в ноздри! Волосы стали седеть. Вот, прилипли к лицу. Надо убрать волосы с лица. О нет, не смотреть в глаза. Клять!

Он откинул голову и стукнулся затылком о деревянную стену. Ноги свело судорогой, и боль выстрелила по позвоночнику прямо в мозг. Сладкая всепоглощающая боль.

– Ну, вот и делов-то, – через пару минут сказала Тина, вставая и подтягивая сползший с колена вязаный чулок, – всем хорошо. Тебе хорошо, чудик?

Шериф промолчал и попытался притянуть к себе бывшую жену, но она его оттолкнула и зашла за стойку бара.

Вытащив снизу большую бутылку желтоватой жидкости, с трудом вынула пробку из сосновой ветки и плеснула в пару стаканов. Придвинула один стакан к Шерифу.

– Нужно прополоскать ротик, – игриво подмигнула она ему, – а ты глотни и проваливай, а то мне еще уборку доделывать надо.

Вот и все. Не первый раз. Наверное, так себя чувствуют шлюхи. Раз – и тебя поимели.