Тайный орден

Оказавшись рядом с ногами мальчика, она легла на живот и устало посмотрела на него. Ковбой, за спиной, кряхтел и перезаряжал свой пистолет.

– Ну что, победа? – выдохнул мальчик.

В ответ раздался стрекот и скрежет. От этого звука Артём вздрогнул и выпрямился. Кошка приподнялась на лапах и прижалась к ногам мальчика.

– Видимо – нет, – пробасил ковбой и защёлкнул барабан пистолета, вогнав в него последний патрон.

Вокруг, из темноты, сотни красных, злобных огоньков с ненавистью взирали на мальчика и его друзей.

– Значит, это наш последний бой! – усмехнулся ковбой. – Спасибо, Артём, что с тобой было так классно играть.

Ковбой взвёл курок.

Фрося сильнее прижалась к ногам мальчика и зашипела.

Огненно-красные глаза с гнусными ухмылками под ними начали движение.

– В лесу родилась ёлочка, – чуть-чуть неуверенно, с хрипотцой в голосе, тихо запел Артём.

– Не понял, – удивился ковбой и развернул голову.

Фрося подняла свои глаза. Зрачки были расширены до предела. Злобности, на мгновение замерли, а затем, снова начали движение.

– В лесу она росла, – уже чуть громче и более уверенно продолжил Артём.

Злобности окончательно остановились. В их огненно-красных глазах злоба сменилась любопытством. Это заметили ковбой и кошка. Они начали тихо подпевать.

– Зимой и летом стройная, зелёная была.

Метель ей пела песенку: «Спи ёлочка бай-бай!»

Мороз снежком укутывал: «Смотри не замерзай!»

С каждой новой строкой голос становился всё громче и увереннее. Злобности перестали двигаться.

– Трусишка зайка серенький под ёлочкой скакал.

Порою волк, сердитый волк рысцой пробегал.

Чу! Снег по лесу частому

Под полозом скрипит;

Лошадка мохноногая торопится, бежит.

Везёт лошадка дровенки, на дровнях старичок

Срубил он нашу ёлочку под самый корешок.

И вот она, нарядная на праздник к нам пришла,

И много-много радости детишкам принесла

И много-много радости детишкам принесла.

Последние строки Артём, ковбой и кошка не просто пели – они орали во всё горло. Артём, при этом, пританцовывал ногами. Ковбой сорвал с себя шляпу и махал ею из стороны в сторону. Фрося встала на задние лапы и, весело виляя хвостом, кружилась на месте.

Некоторые Злобности начинали подпрыгивать на месте в такт звучащей песенке. Глаза перестали излучать злобу и ненависть. Их улыбки становились всё шире, а сами Злобности начинали расширяться.