Долго и счастливо. Сага о Гленарде. Том шестой

На центральный из них, заостренный сверху, было насажено полностью обнаженное тело высокого худого темноволосого мужчины. Столб проткнул его от самой промежности и выходил из шеи позади головы. Смерть исказила черты лица, но сомнений не было: убитый был именно Базиятом, полковником Корпуса Стражей Кадирского Галирата, тайным связным между Гленардом и командиром Корпуса Джамалом, и хорошим другом Гленарда.

Руки и ноги убитого были широко разведены и прибиты гвоздями к двум крайним столбам. Тело Базията было разрезано от шеи до лобка.

Кости грудной клетки разломаны, грудь и брюшная полость раскрыты, половые органы отрезаны. Все внутренние органы вынуты и аккуратно разложены в пыли на мостовой перед телом, пропитанной большой лужей крови.

– Как видишь, небольшое бытовое происшествие, ничего необычного – Крейган усмехнулся.

– Полагаю, небольшой несчастный случай при нападении с целью ограбления? – Гленард усмехнулся в ответ.

– Я бы даже предположил, что это может быть даже просто результатом неосторожного обращения жертвы с оружием.

Может быть, в ножички решил поиграть в темноте и споткнулся.

– Да нет, посмотри, это же явное самоубийство. Всё, дело закрыто, Крейган, расходимся.

– Тебе не кажется, Гленард, что мы как-то слишком много шутим у тела нашего друга?

– Это нервное. Давно такого не видел, а в центре Рогтайха вообще никогда. Впрочем, я думаю, что Базият бы это оценил. Он сам был большим любителем черного юмора. А так, если серьезно, то, конечно, счастливого ему пути и отличного перерождения.

Ну, или сладкой вечности в объятиях юных дев в саду наслаждений у Великого и Единого, в которого он сам верил.

– Счастливого пути, Базият, и отличного перерождения, – Крейган, стукнул себя кулаком по груди, склонив голову.

– Теперь давай к делу, Крейган.

– Конечно. Тело обнаружили на рассвете. Здесь и днем тень, а ночью вообще темнота непроглядная. Даже в нашем спокойном Белом городе никто не горит желанием заглядывать по ночам в темные переулки, особенно в ночь зимнего солнцестояния, которая, как ты знаешь, темна и полна ужаса.

– Ну, вообще-то, место хорошо просматривается с площади, несмотря на затененность, – возразил Гленард.

– Именно. Как только рассвело, тут все это и увидели. Естественно, поднялся шум, но городская стража, к счастью, присутствовавшая на площади, сработала грамотно и всё огородила. Следы особо не затоптали. Мы их хорошо за эти годы выучили.