Торпедой – пли!

Артем вскользь пробежал взглядом по тексту и, взглянув на лежавшего на койке моряка, сказал:

– Это солдатская книжка лейтенанта цур зее Отто Витмана, вахтенного офицера U-84. Родившегося первого марта тысяча девятьсот двадцать первого года в Дрездене.

– Какого года? – переспросил вездесущий Сан Саныч, сумевший с трудом втиснуться в тесный тамбур медблока. – Он неплохо сохранился. Это ему сейчас почти девяносто?

– Странно все это, – озадаченно произнес командир. – Доктор, а ты не ошибся?

– Нет, не ошибся.

Немецкий язык я в школе лучше других знал.

– Хорошая у тебя была школа. Меня в моей так и русскому не смогли толком выучить.

– Я в Питере в гуманитарной гимназии учился, с языковым уклоном.

– Давайте лучше расспросим нашего древнего мамонта и все узнаем, – вмешался замполит. – И ежу понятно, что он притворяется и слушает нас. Док, спроси: от какого он цирка отстал?

Артем склонился над койкой и потряс напрягшуюся руку.

– Вы слышите меня? – спросил Артем по-немецки. Немного подумав, он поправился: – Вы понимаете меня? Вы говорите на немецком языке? Как вы себя чувствуете?

Поняв, что разоблачен, Отто Витман открыл глаза и посмотрел доктору в лицо.

Не ожидавший этого Артем отшатнулся, но, спохватившись, улыбнулся и спросил:

– Кто вы? Как вы оказались в море?

– Я в плену? – вдруг отчетливо спросил моряк.

Артем выпрямился и, обернувшись к командиру, удивленно сказал:

– Он думает, что он у нас в плену.

– Он что – сумасшедший?

– Что ему сказать?

– Спроси: он с того затонувшего корабля? Что с ними случилось? Где остальной экипаж?

Артем еле успевал переводить задаваемые командиром вопросы.

По мере того, как немец их выслушивал, его лицо все сильней вытягивалось от изумления.

– Кто вы? – ответил он вопросом на все вопросы.

– Он спрашивает – кто мы? Сказать? – спросил у командира Артем.

Дмитрий Николаевич задумался. По законам элементарной морали они сейчас должны помочь экипажу, терпящему бедствие. Но это означало бы полностью себя разоблачить.

А тут как назло еще связи со штабом нет никакой! А с другой стороны: не может такая катастрофа остаться незамеченной. Рядом была тьма других кораблей. Наверняка уже всех спасли. И что делать с этим выряженным в такую странную форму немцем?

– Да, скажи. Но предупреди, что домой он вернется не скоро. В лучшем случае передадим на наш корабль, если штаб организует встречу. А если нет, то будет кататься с нами до окончания похода.