Волчий камень

Возле сходней, переминаясь с ноги на ногу, стоял невысокий лысоватый офицер в морской форме подводника. Он нервно теребил в руках черную фуражку, стряхивая несуществующую пыль. На вид ему было под сорок, нижние пуговицы застегнутого кителя распирало брюшко. Рядом на бетонном причале стояла сумка, забитая до отказа и застегнутая ремнями на последние дырочки.

– Обер-лейтенант Отто Клюбер! Прибыл в ваше распоряжение на должность старшего помощника! – доложил он, увидев появившегося в рубке Гюнтера и его белую капитанскую фуражку.

Свою же он так и забыл надеть на голову.

Кюхельман остолбенел: в свои двадцать восемь лет он считал себя патриархом среди подводников.

«Вот так шутка от Кунке, – подумал он. – Сколько же ему лет? Ожидал чего угодно, но не такого».

Потеряв на несколько минут дар речи, Гюнтер только и смог вымолвить:

– Неужели в Кригсмарине наступили такие тяжелые времена? – Затем, спохватившись, добавил: – Добро пожаловать на борт, обер-лейтенант.

Воспоминания прервали шорох и чье-то топтание за шторой. Догадавшись, кто это боится его побеспокоить, он накинул китель на голые плечи и переступил порог своей каюты. Удо заглядывал в лицо, пытаясь угадать причину, по которой его вызвали к командиру. Доминиканец стоял, ссутулившись, в тесном для него центральном отсеке, в одних шортах, в которых приплыл на лодку, и босиком.

– Я не настолько кровожаден, чтобы выбросить вас за борт, – обратился к нему Гюнтер, используя весь свой небогатый англоязычный словарный запас.

 – Но и везти вас в Германию, даже в качестве трофея, у меня нет никакого желания.

Удо молча кивал головой.

«Хорошо, – подумал Гюнтер. – Значит, понимает».

– А потому мы с вами поступим следующим образом, – продолжил он, заметив краем глаза, что старпом шепотом переводит штурману и всем, кто находился в центральном посту, о чем говорит командир с доминиканцем. – Сейчас я не могу покинуть этот район, а через сутки мы пройдем возле множества мелких островов.

Возле того из них, на котором заметим какую-нибудь цивилизацию, мы вас высадим. Как вы плаваете, все видели, и доплыть до берега каких-то полкилометра вам не составит особого труда. А у нас будет время уйти подальше в море. После того как вы все расскажете, поднимут тревогу, но мы будем уже далеко. В Америке вы станете героем, я уже вижу передовицы газет с вашей физиономией.