Развод с незнакомцем

Интересно, и как она ему?

Степанцов смотрел на Ларису и думал, что все могло бы быть совсем иначе, окажись на ее месте та, другая. И как оно было бы, это «все иначе»?

– Что ты собираешься предпринять после нашего развода? – вдруг поинтересовался он у Ларисы.

Та чуть не подавилась печеньем.

– Я? Да выйду замуж! – ответила она с напускной бравадой.

– Ты и сейчас замужем.

– Муж мужу рознь, – со знанием дела провозгласила Лариса.

– И чем же он лучше меня?

– Не знаю, – честно призналась она. – Может, лучше, а может, и нет.

– Вот и давай не будем спешить. Посмотрим друг на друга.

– Ты и так смотришь на меня, – уколола она его, – и что видишь? Аферистку, навязавшуюся тебе в жены?

– Да нет. Ты не мошенница.

– Вот спасибо, значит, я нормальная, вполне приличная девушка.

– Насчет приличной ничего сказать не могу. А вот о нормальности стоит подумать. Какая бы еще девушка сделала то, что сделала ты?

Лариса надулась и отодвинула чашку. А что еще можно было ожидать от этого субъекта? Благодарности и любви?

В знак примирения Василий предложил пройтись, прогулять Пугая.

– Только не на поля, – испугалась Лариса, – там и без него есть кому гулять.

И они отправились в лес.

– Мама милая, сколько колокольчиков! – радостно завопила Лариса на лесной опушке, кидаясь собирать цветы.

Пугай носился рядом с ней, виляя от радости хвостом до такой степени, что Василий испугался, как бы тот у него не отвалился. Он сел прямо на траву и наблюдал за Ларисой, носившейся по опушке с песнями.

– Ой, Василий Васильевич! Какая неожиданная встреча, – защебетали они. – И Пугай здесь, и… А кто это?

И палец одной из них указал на Ларису.

– Это… – Степанцов замялся.

– Жена его, – опередила Василия Лариса, – самая что ни на есть законная.

– Ой, – разочаровались бабы, – а мы-то думали, вы холостяк!

– Зря надеялись, – язвила Лариса, сама не зная почему.

– Зря, – согласились селянки, – вы уж тогда не обессудьте. Мы вас на сегодняшние посиделки не приглашаем. Конечно, если б вы одни пришли, – и они с надеждой поглядели на Степанцова. Тот молчал, предоставляя Ларисе возможность говорить вместо него.

– Хорошо, бабоньки, – сжалилась Лариса. Ну, не собака же, в самом деле, она на сене: сама не ам и другим не дам. – Он придет, если захочет. Я его не держу.

Бабы недоверчиво поджали губы и отправились в деревню.