Утренняя звезда

Трубки, поддерживавшие мое существование во время заточения, торчат из живота – черные извивающиеся шланги, которыми я до сих пор прикован к полу камеры.

– Сколько времени он провел там? – спрашивает Кассий.

– Три месяца допросов, затем девять месяцев в одиночке.

– Девять?!

– Разумеется, неспроста. Даже на войне не стоит забывать о том, какой силой обладают метафоры. Мы же не дикари, правда, Беллона?

– Кассий – натура утонченная, Адриус, ты оскорбляешь его чувства, – говорит сидящая рядом с Шакалом Антония.

Отравленное яблоко, а не женщина! Яркая, блистательная, манящая, но с совершенно прогнившей душой. В училище она убила мою подругу Лию. Потом всадила пулю в голову собственной матери, а затем – еще две в позвоночник своей сестры Виктры. Теперь она союзница Шакала – человека, который распял ее во время учебы. Мы живем в странном мире… За спиной Антонии стоит смуглая Ведьма; когда-то она была упырем, а теперь, судя по птичьему черепу на груди, вступила в ряды скелетов – личной гвардии Шакала.

По правую руку от Шакала сидит их командир, обритая наголо Лилат. Еще со времен училища она стала его любимым киллером.

– Прошу меня простить, но я не вижу смысла пытать поверженного врага, – отвечает ей Кассий. – Особенно в том случае, когда он уже выдал всю необходимую информацию.

– Не видишь смысла? – спокойно смотрит ему в глаза Шакал. – Смысл, патриций, в наказании! – объясняет он. – Это… существо возомнило, что может быть с нами на равных.

С нами, Кассий! Более того, этот тип решил, что он лучше нас! Он насмехался над нами! Уложил в постель мою сестру! Он должен понять, что у него изначально не было шансов, его ждал неизбежный провал! Алые всегда были хитрыми зверьками. А он, друг мой, живое воплощение всего, к чему они стремятся и чего могут достичь при нашем попустительстве! Поэтому я просто позволил тьме и времени сорвать с него маску и открыть нам его истинное лицо. Homo flammeus, согласно новой системе классификации, которую я предложил Бюро стандартов. Эволюционно лишь немного отличается от homo sapiens, а все остальное – просто маска!

– Он посмеялся не над нами, а над тобой, – парирует Кассий, – ведь твой отец предпочел побывавшего в руках ваятелей алого своему родному сыну! Вот и все, Шакал. Какой позор для мальчика, которого никто не хотел и не любил!

От этих слов Шакал вздрагивает.