Заклинание для Хамелеона

Только ты побыстрее, – сказал Джустин и, подумав, добавил: – Ты отличный парень, Бинк. Лучше многих, у кого есть… э-э-э…

– У кого есть магия, – закончил за него Бинк. – Спасибо, что хотел пощадить мои чувства.

Джустин вовсе не собирался обидеть Бинка, но нередко говорил не подумавши. Такое бывает, когда мозги деревянные.

– Несправедливо, что подонки вроде Зямы именуются гражданами, а ты…

– Спасибо, – буркнул Бинк и отошел.

Он полностью согласен с деревом, да что об этом толковать? Он посмотрел, не прячется ли кто по кустам, чтобы напасть на Джустина, когда дерево останется без защиты, но никого не обнаружил.

И впрямь убрались.

«Зяма, Пшик и Керогаз, – мрачно подумал он. – Сволочье деревенское». Зяма умел наколдовать меч – этим-то самым мечом они и рубанули по Джустину. И ведь кому-то такое зверство кажется смешным!

Бинк вспомнил, как сам хлебнул от этой шайки несколько лет назад. Нажравшись дурь-ягод, эта троица засела в засаде возле тропки за деревней. Бинк с приятелем как раз и попались – очутились прямо в облаке ядовитого газа, которое напустил Керогаз.

В это время Пшик бросал им прямо под ноги псевдоямы, а Зяма метал мечи, от которых приходилось уклоняться. Ни фига себе забава!

Бинков приятель тогда применил магию и смотался: сделал из палки голема, оживил и оставил взамен себя. Голема было не отличить от приятеля, так что шутников удалось околпачить. Бинк, конечно, заметил подмену, но приятеля не выдал. Голему было начхать на ядовитый газ, а вот Бинку нет.

Он хватанул немного и отрубился. Тут как раз и подмога подоспела – приятель привел Бинковых родителей.

Бинк очнулся, почувствовал, что вокруг газ, задержал дыхание и увидел, как мать теребит отца за руку и показывает в его сторону. У Бьянки талант повторять события. Она могла отыграть время на пять секунд назад на небольшом пространстве. Магия ограниченная, но очень мощная – позволяет исправить только что сделанную ошибку. Скажем, его вдох.

Тут он снова вдохнул и свел на нет усилия матери.

Можно было повторять эту сцену до бесконечности – повторялось-то все, включая и его вдох. Но тут Роланд пристально посмотрел на сына – и тот оцепенел.

Роланд умел парализовывать взглядом. Взглянет разок – и все застывает, да так и стоит, пока Роланд не отпустит. Таким вот путем Бинку не дали второй раз вдохнуть, пока не вынесли, оцепенелого, из ядовитого облака.

Остолбенелость прошла, и Бинк увидел, что лежит в объятиях матери.