Вам хорошо, прекрасная маркиза?

Он осыпал меня деньгами, обещая златые горы, а я игриво показывала ему кукиши. Несомненно, такое свинское поведение не понравилось местным одалискам, и одна из них ловко подставила мне подножку. Я споткнулась, взмахнула кукишами, как гордая птица, и упала на пол, звонко ударившись лбом. После чего сразу проснулась.

– …Где она? – спрашивал голос Заславского.

– А тебе зачем? Ишь, ирод!

– Вандуся, сколько раз тебе говорить, что она сама взяла мой стакан с водкой и хряпнула его до дна?!

– Не верю!

– Ты не Станиславский, чтобы мне не верить!

Они препирались, стоя рядом с вешалками, совсем близко от меня.

Я видела полные ноги Ванды Вольфовны в шелковых чулках. И где она их только берет, такие доисторические? И черные ботинки с черными брюками Заславского. М-да, обувной лоск и блеск явно не его конек. И вдруг я вспомнила о Давыдове! Меня принялось терзать любопытство, куда он делся и на какой стадии переговоров мы с ним остановились!

– … Уходи и больше не появляйся мне на глаза! – горячилась наставница.

– И уйду! И больше не появлюсь! – кипятился Заславский.

– Стоять, – сказала я и схватила его за ноги.

От неожиданности он подпрыгнул и приземлился Ванде на ногу. Она вскрикнула от боли и врезала ему под дых. Заславский застонал и согнулся в три погибели, благодаря чему увидел меня.

– Привет, – ласково сказала я, глядя на страдальца из своего укрытия.

– Все в порядке, Агнесс-сс? – пробормотал он.

Я кивнула.

Конечно, меня зовут Катерина, а не Агнесс, Агнесс здесь вообще ни при чем.

Это была очередная и самая излюбленная присказка Заславского. Фильм-комедия «Свидание вслепую», сцена суда. Судья стучит молотком, тот отлетает и ударяет секретаря суда по голове. Судья участливо спрашивает: «Все в порядке, Агнесс?» Та кивает стукнутой головой, и суд продолжается.

– И что все это значит, Катерина?! – прокричала мне Ванда Вольфовна.

– Дурость, – честно призналась я и вылезла из-под вешалок. – Сама не понимаю, что меня толкнуло…

– Или кто, – многозначительно кивая на Заславского, хмурилась наставница.

– Не-а, – честно призналась я дальше. – Правда-правда, я сама повела себя как идиотка.

– По какой такой причине? – прищурилась Ванда.

– На радостях, – выручил меня Заславский. – Ее наняли играть роль жены!

– Катерина, – обомлела Ванда Вольфовна, – тебя ангажировали?!

– Что, честно? – не поверила я Заславскому. – Он же сказал, что я проблема!

– Он сказал, что ты ему подходишь.