Челюсти

– Нет, не думаю, что это убийство, Карл. Нет ни мотива, ни орудия убийства. И, если уж на то пошло, нет и подозреваемого.

– Ну, тогда акула. К тому же огромная! Даже винт океанского лайнера не сотворил бы такое. Он разрубил бы тело пополам, но…

– Ладно, Карл, – оборвал Броуди. – Избавь меня от этого. До сих пор в животе крутит.

– Прости, Мартин. Так или иначе, я тогда отмечу в протоколе нападение акулы. Наверное, такой вариант тебя устроит, если у тебя нет… ну, сам понимаешь, других соображений.

– Нет, – сказал Броуди.

 – По крайней мере, на данный момент. Спасибо, что позвонил, Карл. – Он положил трубку, внес в графу «Причина смерти» текст «нападение акулы» и откинулся на спинку стула.

«Другие» соображения как-то раньше ему в голову не приходили. Хотя эти соображения представляли собой довольно щекотливую особенность его работы. Они вынуждали отыскивать лучшие способы защиты общих интересов, стремясь не скомпрометировать ни себя лично, ни закон.

Летний сезон только начался, и Броуди было хорошо известно, что от того, насколько гладко или не очень пройдут эти двенадцать недель, зависит благополучие Эмити в течение всего года.

Удачный сезон давал возможность городу спокойно выдержать скучную зиму и дотянуть до нового лета. Зимой население Эмити составляло около тысячи человек, а в хорошее лето общее количество жителей увеличивалось до десяти тысяч. То есть девять тысяч курортников обеспечивали благополучие тысячи местных жителей на весь год.

Местные торговцы – будь то владельцы магазинов скобяных изделий, спортивных товаров и двух бензозаправочных станций, или фармацевты – все рассчитывали, что летний всплеск продаж поможет им продержаться зиму, когда они едва сводили концы с концами.

Чтобы поддержать свои семьи, жены столяров, электриков, водопроводчиков работали летом официантками или агентами по недвижимости. Торговать крепким алкоголем круглый год имели право лишь два заведения, поэтому для большинства ресторанов и баров эти двенадцать летних недель имели решающее значение. Рыбакам, которые сдавали свои суда внаем, в идеале требовалась и хорошая погода, и отличный клев, но прежде всего – толпы клиентов.

Но даже после самых что ни на есть благоприятных летних сезонов зимы в Эмити протекали непросто. Три из каждых десяти семей жили на пособие. Многие мужчины зимой были вынуждены отправляться на север Лонг-Айленда, где за обработку морских гребешков они получали по несколько долларов в день.