Клеймо смерти

За прошедшие годы он несколько раз подсаживал Марлону спутника, и каждая попытка заканчивалась одинаково: новоявленный дружок либо оказывался в брюхе этого мини-монстра, либо всплывал вверх брюхом, а Марлон продолжал как ни в чем не бывало кружить и кружить в стеклянной чаше.

Рой выиграл рыбку на ярмарке, куда ходил со своей давно пропавшей первой женой Сэнди, которую недавно, после десятилетнего отсутствия, официально признали мертвой, что позволило им с Клио пожениться. Приз он принес домой в наполненном водой пластиковом пакете.

Согласно проведенным Сэнди изысканиям, ожидаемая продолжительность жизни ярмарочной рыбешки не превышала одного года.

С тех пор минуло одиннадцать лет, но Марлон только крепнул. В Книге рекордов Гиннесса, с которой Рой недавно проконсультировался, высшее достижение для золотых рыбок составляло тридцать пять лет. Срок немалый, тем более что Марлон не выказывал признаков усталости и явно не собирался склеить ласты в ближайшее время. И в душе Рой был этому рад.

Неким странным образом – о чем Рой никогда не говорил Клио – рыбешка связывала его с Сэнди. Он знал, что день смерти Марлона станет для него днем печали. Каждое утро, спускаясь вниз, Рой первым делом смотрел на аквариум, надеясь, что не увидит Марлона безжизненно покачивающимся на воде.

– Раз уж мы переезжаем, дорогая, то и Марлон тоже должен переехать. Я только что прочел в Интернете, что золотой рыбке требуется больший аквариум, чем принято думать.

– Неужели? И насколько большой? Размером с олимпийский бассейн?

Он усмехнулся.

– Нет, но все же достаточно большой, чтобы размять ноги или, как в нашем случае, плавники.

– Лишь бы не был больше нашего нового дома – или я взревную. И тогда – суши, любимый?

Он шутливо нахмурился.

– Даже не думай!

– Любишь меня – люби мою рыбку, так?

Он обнял ее.

– Господи, я тебя обожаю.

Клио посмотрела ему в глаза.

– А я тебя. Я люблю тебя так, детектив-суперинтендент Грейс, как никогда и представить себе не могла.

Она поцеловала его.

И тут зазвонил телефон.

Звонил Энди Энейкин – Гольф-99, как называли дежурного инспектора полицейского участка на брайтонской Джон-стрит, имевшего нехорошую репутацию второго по количеству происшествий в Англии. В отличие от большинства коллег, наделенных способностью сохранять спокойствие в любой ситуации, этот инспектор заслужил прозвище Паникер Энейкин. Паническая нотка пробивалась в его голосе и сейчас.