Клеймо смерти

Куда она спешит? На место преступления? К одной из жертв этого странного человека? Он поднял ручку и, держа ее указательным пальцем одной руки и большим другой, сосредоточился на черном корпусе и серебряном колпачке.

– На консультацию пришли вы, Харрисон, а не я, и обсуждаем мы здесь не мои взгляды. Я вас слушаю. И прежде, чем мы пойдем дальше, должен напомнить, что я связан требованиями Генерального медицинского совета. Я не обязан, согласно изменениям в законе, соблюдать конфиденциальность в отношении пациента, если считаю, что он представляет угрозу для общества.

Более того, я обязан доложить о таком пациенте. Так что, исходя из сказанного вами здесь, я обязан сообщить о вас полиции.

– Но прежде, доктор Ван Дам, вам нужно выйти из этого кабинета живым, не так ли?

Ван Дам улыбнулся. Он изо всех сил старался не выказать дискомфорт, но в этом человеке действительно было что-то пугающее, жуткое и в то же время завораживающее. Он как будто источал тревожащую, неспокойную тьму. В прошлом, работая в Бродмуре, доктор встречал там людей, внушающих такую же тревогу.

Но он уже не помнил, когда в последний раз ощущал присутствие столь беспощадного зла. Доктор Крисп писал, что у его пациента бредовое состояние. Не об этом ли шла речь?

– Так, Харрисон, – ответил он, принужденно рассмеявшись. – Да, конечно.

– Вы не пойдете в полицию, доктор Ван Дам. Во-первых, потому, что вам не хочется терять такого пациента, как я. А во-вторых, есть у меня чувство, что, хотя закон и изменился, вы с этими изменениями не согласны.

Человек вы старой закалки, и для вас, в соответствии с вашими старомодными представлениями, конфиденциальность между врачом и пациентом – их священное право. Я читал вашу публикацию в «Ланцете» лет десять назад. Вы там представили весьма убедительный аргумент в пользу сохранения этого права.

– Я писал о том, что для врача важно не юридическое, а моральное обязательство. Но давайте все же поговорим о вас. Зачем вы здесь? Чего ждете от меня? Чем, по-вашему, я могу помочь вам?

Пациент посмотрел на него с каким-то странным выражением, и психиатру даже показалось, что он смотрит в саму его душу.

– Мне нужно как-то совладать с чувством вины.

В голове психиатра промчалось сразу несколько мыслей. Каждый год от аллергической реакции на анестетики умирают люди – незначительный процент от всех тех, кто ложится на операцию. И трагический факт состоит в том, что каждый анестезиолог на протяжении карьеры теряет таким образом нескольких человек.