Многоликое зло

Также в Венеции много старых зданий с опасными ступенями, на которых легко потерять равновесие. Окна же такие огромные, что из них несложно выпасть и разбиться насмерть.

Прошло уже много лет с той поры, когда они, едва переступив порог номера, срывали с себя одежду. Вместо этого Джонни сел и сразу, по обыкновению, включил компьютер. На легкую головную боль он старался не обращать внимания. Джой съела плитку шоколада, которую нашла в минибаре, затем опустошила банку орешков, а потом очередь дошла и до кофе с печеньями, предоставленными отелем в качестве презента.

После этого она прилегла отдохнуть, сославшись на усталость после перелета. Проснувшись, она подошла к Джонни и заглянула через плечо, чтобы проверить, не общается ли он с кем-то в чате на одном из своих любимых порносайтов.

К счастью, он уже закончил переписываться с новой любовью, Мэнди, миниатюрной приятной женщиной и разведенной. Они познакомились в тренажерном зале, куда Джонни продолжал захаживать, чтобы сохранить все шесть кубиков пресса.

Он планировал вернуться из Венеции свободным.

«Беллини» в их любимом кафе стал совсем другим, его больше не готовили из свежего персикового сока и настоящего шампанского. В Венеции все больше пахло стоками. Ресторан их порадовал, как и прежде, но Джонни почти не ощущал вкус еды, он был погружен в свои мысли. Головная боль усиливалась. Джой выпила бутылку белого вина почти одна, а до этого «Беллини», в который добавила двойную порцию водки – опасная смесь. Они должны провести в городе еще шесть ночей.

Раньше дни пролетали, как один миг, теперь же он с ужасом думал, чем занять хотя бы завтрашний день. Если повезет, ему не придется об этом заботиться.

Он подозвал официанта и попросил принести счет, кивнув на полусонную, окончательно опьяневшую жену. Было важно, чтобы официант это запомнил.

«Да, мадам здорово перебрала, муж изо всех сил пытался ей помочь…»

Шатаясь, они прошли по узкой улочке и вышли на мост, дугой перекинутый через канал.

Вдалеке гондольер пел свою серенаду.

– Ты целую вечность не катал меня на гондоле, – глотая буквы, произнесла Джой. – Я и весло твое уже много лет не чувствовала. Может, покажешь сегодня?

«Пусть лучше мне желчный пузырь удалят без наркоза», – подумал он.

– Хотя вряд ли это возможно, – зло усмехнулась Джой. – У тебя и весла-то уже нет. Осталась только дохлая мышь.

Всплески воды становились ближе, а пение громче.

Под ними проскользнула гондола.