Миллиардер

Наконец Аманда нехотя произнесла:

– Из-за Дэнни.

– Какого Дэнни? Бенхакера?

– Да.

– Этот подонок что, названивал тебе?

– Нет. Утром мне позвонили из больницы в Уэст-Миддлсекс. Дэнни попал в аварию. На машине разбился. Еще в понедельник. Днем ездила его навещать. Представляешь, три дня был в коме, только вчера очнулся. Сейчас в реанимации лежит.

– А что за авария?

– Подробностей не знаю. Сказали, Дэнни вылетел с дороги на M4.

– Мы тоже там в понедельник ехали.

– Алекс, на Дэнни смотреть страшно… весь израненный… – Аманда заплакала, и Рок прижал ее к себе.

 – Извини. Не хотела портить наши выходные.

– Ничего удивительного, что ты переживаешь за Бенхакера. Это совершенно естественно. Мне тоже его жаль.

Алекс наклонился и поцеловал Аманду в лоб. Между тем из гостевой спальни начал доноситься зловещий лязг.

– Знаешь, – немножко повеселела Аманда, – из твоих друзей мне больше нравится канадец, который обожает латекс. По крайней мере, шума от него гораздо меньше!

Глава 6

Где-то глубоко во мраке песчаной бури, через которую он, образно выражаясь, пробирался уже сорок лет, скрывались воспоминания о том дне, когда в его жизни произошел переломный момент.

Иногда, на кушетке у психотерапевта, он отваживался краем глаза заглянуть в эту воронку, в самый эпицентр шторма, но смелости не хватало, и всякий раз он был вынужден отпрянуть.

Генерал Иссер Аарон Эфраим, глава МОССАДа, секретной службы внешней разведки, надеялся, что с годами все пройдет. Но ему уже исполнилось шестьдесят четыре, а чувство, охватывавшее при тех далеких воспоминаниях, оставалось все таким же острым.

И чувство это было ненависть, пылавшая в груди Эфраима с точно такой же неослабевающей силой, как и в тот жаркий, засушливый день, когда они с отцом ездили на рынок в Шедему. А когда вернулись к своему крестьянскому дому, обнаружили тела жестоко убитых родных. Мать, два брата, три сестры, дедушка и бабушка – все пали жертвами сирийской операции возмездия.

Еще сильнее ненависть разгорелась два месяца спустя, когда в Тель-Авиве Эфраим смотрел на отца, стоявшего на эшафоте с петлей на шее.

И в чем же заключалось его преступление? Украл автомат на британском блокпосту и открыл огонь по сирийскому военному грузовику. При британском правлении подобные противоправные деяния карались смертной казнью через повешение. Именно так и поступили с отцом Эфраима.

Большую часть Второй мировой войны Эфраим был занят тем, что убивал англичан.