Пусть ты умрешь

 – Смотри, сейчас моль вылетит!

Все грохнули со смеху.

Богал достал бумажник и поднял, чтобы все видели.

– Скажи нам время, Бобби, – попросил фокусник.

Богал взглянул на запястье:

– Черт! Где мои часы?

– Можешь описать их?

– «Касио», на коричневом кожаном ремешке.

Мэтт поднял руку – на запястье висели «касио» на коричневом кожаном ремешке.

– Случайно, не эти?

Бобби Богал обжег фокусника сердитым взглядом – надо же, выставил его дураком!

– А теперь, Бобби, загляни в бумажник и скажи, что ты там видишь.

Бобби вытащил игральную карту и уставился на нее в полнейшем изумлении. Это была дама червей.

– Что за чертовщина! Ну и ну! Как ты это сделал, Мэтт?

– Если скажу, мне придется тебя убить.

Секундой позже взревела сирена.

На стене замигали три сигнальных лампочки. Одна означала небольшое происшествие, требовавшее выезда одной машины. Две – на выезд отправлялась вся дежурная команда. Три показывали, что ситуация крайне серьезная и необходимо привлекать резерв.

Резерв состоял из добровольцев, живших и работавших на таком расстоянии от пожарного депо, покрыть которое можно за четыре минуты – на машине или велосипеде.

Все мгновенно вскочили и устремились к выходу из комнаты отдыха с ее диванами, креслами и пребывавшим по большей части в забвении бильярдным столом. Выскочивший первым старший смены открыл дверь к спусковой шахте. Все по очереди соскользнули по шесту вниз и побежали к огромному гаражу, где стояли пожарные машины – большие красные ящики, как называли их здесь.

Приходя на смену, каждый первым делом укладывал форму и ставил сапоги с заправленными в них штанинами на определенное место возле машины.

Менее чем за минуту и пятнадцать секунд после сигнала все, кроме водителей – они не могли вести машину в сапогах, – переоделись в огнеборческие доспехи; гаражные двери поднялись, и две первые машины, каждая по восемнадцать тонн весом, завывая сиренами, выехали во двор, а потом, когда движение остановилось, и на улицу.

14

Четверг, вторая половина дня, 24 октября

– Начнем сверху? – предложила Рэд.

Весь день она пробыла в ужасном расположении духа, и бодрый тон давался ей нелегко. Молодая пара согласно кивнула.

– Мне нравятся эти дома, – продолжала Рэд, поднимаясь по лестнице. – При короле Эдуарде знали, как строить, поэтому дома и стоят так долго.