Семь чудес и проклятие царя богов

 – По милевым отметкам.

Папа прикрыл рот.

– А-а-апчхи-и-и!

– Ребят, может, снимем все это? – предложила Эли. – Я проверила кучу новостных сайтов, лент и социальных сетей, и нигде нет ни слова о нас.

– А вдруг мы теперь в списке самых разыскиваемых людей Америки? – возразил Касс. – Что, если наши фотографии висят во всех почтовых отделениях отсюда и до самого Падьюка?

Папа, поморщившись, оторвал с губы усы.

– Касс, у слова «разыскиваемый» есть один важный нюанс. Проще всего предсказать, как поступит человек, когда знаешь, чего он хочет.

Полицейские Нью-Йорка совершенно точно не захотят, чтобы журналисты узнали о том, что они разыскивают четырех людей, которые исчезли прямо у них из-под носа.

– Главная новость сегодняшнего дня: исчезновение из полицейского участка! Подробности в выпуске новостей в одиннадцать часов! – произнес Касс в манере диктора теленовостей.

Эли затянула осветленные волосы в хвост.

– Когда доберемся до Чикаго, я смою этот жуткий оттенок.

– До этого твои волосы были голубыми, – напомнил Касс.

Эли показала ему язык.

– А мне кажется, тебе идет, – быстро добавил я. – Не то чтобы голубой был плох. Вовсе нет. Как и оранжевый.

Эли молча уставилась на меня так, будто я заговорил с ней на санскрите. Я отвернулся. Определенно, иногда мне стоило держать язык за зубами.

Касс захихикал.

– Может, ей удастся окрасить свои волосы в красный от твоих щек.

– Когда мы окажемся в Чикаго, Эли, ты сядешь в самолет до Лос-Анджелеса, – сказал папа, – и полетишь к своей маме.

– И что я ей скажу? – спросила Эли.

– Правду, – ответил папа. – Она должна обо всем узнать. И должна сохранить все, что случилось, в тайне…

– Не получится! – перебила Эли. – Я хочу сказать, я пропала на несколько недель! Она затеет федеральное расследование!

Отец покачал головой.

– Нет, когда поймет, что на кону. Что остается шанс спасти вас. Наша задача на данный момент – создать твердое алиби для всех нас, которое бы объясняло, куда вы трое исчезли и почему вернулись все вместе спустя столько времени.

Нам нужно как-то все это увязать, чтобы было что отвечать на вопросы. А их у жителей нашего города будет предостаточно. Как и у жителей твоего, Эли.

– Но… э-э… – неуверенно начал Касс. – Как я вписываюсь в эти ыналп?

– Ыналп? – переспросил отец.

– Планы, – перевел я. – Наизнанский, помнишь? Он говорит на нем, когда чувствует себя глупо. Или нервничает.

– Или ястиоб, – добавил Касс.

Папа посмотрел ему прямо в глаза.