Злость

Пока одна женщина падает, другая вскакивает и фиксирует взгляд на проходе.

Сперва льется дождь из пуль, яростно расчищающих себе путь. За ними появляются фигуры, рассеиваются по комнате, освобождая место для тех, кто позади. Даже в спешке они невидимы, фуксин их боевой экипировки приглушен до теневого серого. Они видят раненую женщину и скрюченную в углу фигурку. Видят другую женщину, летящую на них, и сверкающий меч.

Они не видят пистолета в руке у раненой.

Вспыхивают огни, и сияет заточенная сталь, освещая комнату.

Веспер наблюдает за силуэтами на потолке, спешащими навстречу смерти.

Когда все заканчивается, в маленькой луже крови лежит дюжина искореженных тел.

Диада воссоединяется. Обеспокоенная, одна кладет руки другой на плечи, собираясь снять разбитый шлем.

Та их отталкивает. Жест не грубый, но он оставляет вторую в недоумении и растерянности.

Раненая сама открывает панель на наручях. Достает оттуда тонкую иглу и вкалывает под крепление шлема. Встает – сама.

Снаружи нарастает и приближается шум.

В разрушенной стене появляется лицо Дженнера. Он и глазом не ведет, увидев гору трупов.

– Докладывайте.

– Меч…

– …и хранительница…

– …целы.

Дженнер кивает.

– А вы?

– Мы…

Следует едва заметный удар: одна из Диады смотрит на свою раненую партнершу.

– Мы в порядке.

Что бы еще ни собирался сказать Дженнер, пол вдруг содрогается, и Дженнер не успевает договорить.

– Уходим! – орет он, показывая на противоположную дверь. – Уходим немедленно!

Глава четвертая

Веспер и ее сопровождающие бегут, проносясь сквозь дома, выбивают двери ногами и оружием, безжалостно нарушают чужое уединение, вновь вырываются на улицы.

Солдаты движутся отрядами вокруг, защищая девочку. Регулярно применяются световые бомбы и дымовые шашки, они выдают местоположение войск, но скрывают под своей завесой отдельные человеческие фигуры.

Рядом слышится вражеский рев. Но гусеничным танкам не так просто до них добраться. Каждый раз, изменяя направление, группа выигрывает время, а танки вынуждены проталкиваться сквозь чересчур узкие щели.

Однако большие пушки все равно по ним стреляют, надеясь на удачу. На крыши обрушиваются панцири, громя дома. Нескольким оруженосцам не везет, и они гибнут. На дорогах появляются новые дыры, некоторые настолько глубокие, что через них шипящими потоками пробивается вода.

Танки тормозят, и из их металлических утроб выпрыгивают мужчины и женщины в боевом обмундировании.