Злость

Металлические перья скользят в стороны, обнажая глаз. Он открывается, смотрит на девочку, затем, зафиксировавшись на инфернале, сужается.

Веспер оборачивается. Коленопреклоненные ждут, тяжело повесив головы. Многие ранены. Их едва ли наберется треть от числа вражеской армии. Она смотрит на Диаду: одна гармоната стоит на вахте, она еще на что-то надеется, в отличие от своей половины, чей пробитый нагрудник напоминает вывернутое наизнанку звездное небо.

Меч рвется к Первой, к битве. К удивлению Веспер, он утаскивает ее за собой, пока она не упирается локтями в барьер.

При соприкосновении клинка с барьером вспыхивают искры, и Первая поднимает взгляд.

Глаз смотрит в глаза.

Меч начинает тихо гудеть.

Световой барьер дрожит, и Первая шатается, как при сильном порыве ветра.

Веспер пытается отступить, чувствует сопротивление. Бицепсы напрягаются, как два яблока, натягивают рукава, и она делает шаг назад.

Создается впечатление, что меч рвется в бой, и она раздумывает, что бы это могло значить.

На мгновение глаз зажмуривается. Нет, думает Веспер. Больше никаких сражений. Не в силах вынести ложь, она мысленно ее взвешивает. Это неправильно, но все лучше очередного кровопролития. Веспер откашливается.

– Меч говорил со мной.

Стоящий рядом Дженнер склоняет голову.

– Мы в твоем распоряжении.

Трудно понять, это дрожит меч или трясутся руки у девочки.

– Гамма… Гамма из Семерых… не хочет, чтобы вы сегодня сражались. Некоторые удивляются, но большинство принимает эту новость как должное.

Глаз медленно отворачивается от барьера и зло смотрит на девочку.

Сзади раздается бормотание:

«Так и случилось, ибо Гамма знала, когда нападать, а когда отступить».

«Так и случилось».

Веспер кивает, немного ободрившись.

– Сегодня вам их не одолеть. Гамма не хочет, чтобы еще кто-то умер. Если сдадитесь, то останетесь живы. И когда наступит время, снова сможете сразиться.

– Но как же наши мечи? Они незаменимы.

На лбу у Веспер выступает пот.

– Простите, Гамма ничего не сказала о мечах.

По рядам рыцарей проносится ворчанье, и она быстро добавляет:

– Возможно, их удастся восстановить. С благословения Семерых.

– С благословения Семерых, – повторяют они, но возникает другой вопрос: – Что насчет рыцарей? Первая не позволит им уйти.

– Да, они станут заложниками, но, по крайней мере, будут живы.

Один из старших рыцарей поднимает на нее глаза.