Секретное досье на любимого

Получилось немного грубо, да? – Один уголок ее рта пополз вверх.

– Вероятно, я это заслужил, неправильно спросил.

Даллас замолчал и сосредоточился на супе, пытаясь есть его так медленно, как позволял ему зверский голод. Он нуждался в пище и отдыхе, именно в таком порядке. Потому что неизвестно, когда ему снова представится такой шанс.

– Как вы оказались в лесу?

Вопрос, которого он ждал с той минуты, как Ники остановилась на дороге, чтобы помочь.

– Это длинная история.

– И вы не хотите ее рассказывать? – В ее голосе послышалась неожиданная нотка участия и симпатии.

Даллас посмотрел в проницательные глаза Ники и увидел в них понимание.

– Не сейчас, – признался он.

– Хорошо. – Она снова сосредоточилась на супе.

Это оказалось просто. Слишком просто.

Он не знал, как вести себя с теми, кто ничего от него не хотел – или кому ничего от него не было нужно. Особенно после испытаний последних нескольких недель. Он знал, что его зовут Даллас Логан Коул. Ему тридцать три года, и первые восемнадцать лет своей жизни он провел в угольном регионе Кентукки, пытаясь выбраться оттуда изо всех сил.

Он был хорошим художником и способным дизайнером. Все студенческие годы он потратил на то, чтобы забыть остатки своего горного воспитания и начать новую жизнь.

И вот он снова в горах, бежит сломя голову. Как, черт возьми, такое могло случиться?!

– Полагаю, другой одежды у вас нет?

Даллас оглядел свою грязную рубашку и джинсы.

На нем была другая одежда, когда несколько мужчин в пикапах заставили его автомобиль съехать на обочину в нескольких милях к северу от Рукерсвилля, штат Вирджиния.

Ему было не справиться с четырьмя здоровенными мужиками, которые перетащили его в один из грузовиков и увезли в горы. Они заставили его переодеться в лесу на холоде, при этом зорко следили за ним, чтобы пресечь малейшую попытку неповиновения.

Неповиновение, как Даллас выяснил позже, грозило дополнительной болью.

– Это все, что у меня есть, – сказал он, проглотив унизительные воспоминания, которых хватит на всю жизнь.

 – Не думаю, что у вас будет что-нибудь моего размера?

Ее губы снова изогнулись в улыбке, так что на щеках появились ямочки.

– Вряд ли. Но я могу постирать то, что на вас.

– Был бы признателен. – Даллас с некоторым удивлением понял, что ему наконец-то тепло. Дрожь прошла.

Ники взяла его пустую чашку и отнесла в раковину.

– Ванная комната вниз справа по коридору. Оставьте одежду перед дверью, и я закину ее в стиральную машину.