Невидимый круг

Поэт улыбнулся, отдал фонарь Халлахану, напряг свои могучие мускулы, чтобы вытащить меч, но довольно скоро убедился, что это бесполезно, и бросил.

– Практически невозможно, – вздохнул он, потирая ладони. – Лезвие почти на всю длину в цементе.

– Чтобы его достать, надо взорвать скалу, – заметил Халлахан.

– Его еще надо было сюда принести, – вмешался Билл. – Тоже нелегкий труд…

– Что же, – спросил Халлахан, обратив на Пирсона насмешливый взгляд, – какую роль сыграет этот меч? Он станет орудием убийства, нанесет смертельный удар?

Несколько секунд слышны были только порывы ветра и шум волн, разбивавшихся о скалы.

Вдруг из темноты выступила Урсула Браун и встала прямо перед Пирсоном:

– Шутка затянулась, Джерри! Скажи, что ты замыслил!

– Какая шутка? Я вам прямо сказал, что сегодня произойдет: меня убьют.

– Прекрасно. Хочешь продолжать игру – давай. И прежде всего я хочу знать, почему ты не упомянул меня в обвинительном акте.

Волосы Пирсона разметались на ветру, он был уже не столь элегантен, но по-прежнему полностью владел собой и положением.

– Правда, Урсула, про тебя я как-то забыл. Забыл, до какой степени фея Моргана зла, капризна, губит всех мужчин близ себя. Она погружает их в отчаяние и доводит до гибели так же верно, как океан, поглощающий своих жертв. Сколько времени ты провела здесь, в этом доме? Два, три, четыре месяца? Уже не помню. Тебе было от силы лет двадцать, мне чуть побольше.

Ты меня чуть не погубила. К счастью, я вовремя спохватился и не знаю, каким чудом нашел в себе силы последним спасительным движением духа выставить тебя вон. Мужчина посмел прогнать тебя, фею Моргану! Это, должно быть, сильно тебя уязвило, глубоко ранило твою гордыню, и рана эта не зажила до сих пор. Как видишь, у тебя не меньше причин ненавидеть меня, чем у других.

– Так все здесь присутствующие – возможные убийцы? – спросил Блейк.

– Именно так, – преспокойно ответил Пирсон.

 – Повторяю: один из вас сегодня убьет меня. Непременно один из вас: больше никого на острове нет. За этим следит Питер Кобб. Его задача – сторожить у входа и пропускать только тех, кто приглашен на сегодняшний вечер, то есть вас.

– Право, Пирсон, это уже чересчур! И мы, по-вашему, в это поверим? Да где же такое видано? Если бы вам грозила неизбежная гибель, вы были бы в страхе и отчаянии, а вы веселитесь.