Ведьма моря Демонов

Его собственная крошечная комната была чистой, скудно обставленной, с койкой и умывальником. Он нетерпеливо вымылся и надел свежую тунику, приготовленную для него.

Когда он вернулся на палубу, корабль уже шел полным ходом. Дул сильный южный ветер, наполняя темный парус, и "Брисея" рванулась вперед под его напором. Фосфоресценция сияла вокруг ее корпуса и на волнующихся водах. Позади земля исчезла в ночи.

Ему определенно не дали шанса сбежать, подумал он. Если не считать чудес, он должен был бы сделать это сейчас, по крайней мере, до тех пор, пока они не достигнут Моря Демонов, после чего может произойти все, что угодно.

Он слегка поежился, мрачно размышляя, правильно ли он поступил, и задаваясь вопросом, в чем заключалась их миссия и какова была судьба мира в результате этого.

Хрисеида тихо проскользнула наверх и встала рядом с ним. Эринье присел рядом на корточки, его злобные глаза не отрывались от мужчины.

– Воля, – сказала она, и в ее голосе послышался веселый смех.

Он ничего не сказал, но уставился вперед, в ночь.

–Тебе лучше поспать, Корун, – сказала она. – Сейчас ты устал, и тебе понадобятся все твои силы позже.

Она положила руку ему на плечо и громко рассмеялась.

– Это будет, мягко говоря, интересное путешествие.

– Скорее всего! – подумал он с иронией. Ему пришло в голову, что в этой поездке могут быть даже свои приятные стороны.

– Спокойной ночи, Корун, – сказала она и ушла.

Вскоре он вернулся в свою комнату. Сон был долгим и тревожным, когда он все-таки наступил.

III

Когда ранним утром Корун вышел на палубу, там была только серая пустота вод до серого горизонта. Должно быть, они оставили весь Ахейский архипелаг далеко позади и сейчас находятся где-то в Зурианском море.

В воздухе пахло дождем, и корабль быстро мчался под пронзительным ветром по длинным белогривым валам. Корун позволил запаху соли, влаги и водорослей, огромной беспокойной панораме прыгающих волн, скрипу и гулу корабля и грохочущим волнам океана пышно разливаться внутри него, простой животной радостью быть дома.

Теперь море было его домом, смутно осознал он; он был в нем так долго, что это была его естественная среда обитания, его, так же как и личинок, кружащих на белых крыльях в облаках, летящих по небу.

Он посмотрел на часы. Казалось, все было сделано хорошо: моряки знали свое дело.