Дурь

 – Полковник все также продолжает тянуть дежурную улыбку, будто ему заклеили лицо в таком виде.

– Нет, спасибо. – Отвечает Настя.

Но на ее ответ Карамзин никак не отреагировал. Он использует свой телефон, чтобы дозвониться до секретарши.

– Да, товарищ Карамзин. – Доносится из телефона на громкой связи женский голос.

– Милочка. – Отвечает полковник таким голосом, будто он святейший человек на земле. – Принеси, пожалуйста, мне и моим гостям чаю.

Михаил замечает, как Настя уже раздражена выходками этого полковника.

Сам Карамзин как бы воздушно обходит свой стол и садится в свое кресло, подперев стол животом. Я не знаю, как еще можно описать движения человека, будто он налегке и никакого огромного живота у него нет. Гарцует он, что ли?

– Я хочу ослепнуть и оглохнуть. – Монотонно произносит Настя,  но так тихо, чтобы ее мог услышать только рядом стоявший Михаил. Кажется, у нее начался нервный тик правого глаза.

– Слышал я про Вас многое. Лучшие из лучших! – Сладко заливает полковник. Так сладко, что сейчас диабет начнется.

 – Борцы с преступностью, которым может позавидовать любой голливудский герой! Потому и попросил о помощи.

У Михаила начало складываться впечатление, будто этого полковника вытащили из шапито и сразу посадили управлять Калужским УВД, потому как даже если в Калугу прилетит метеорит, Карамзин все равно будет улыбаться. Или ему ботокс неудачно вставили? В наше время это еще модой считают.

– Может, приступим к делу? – Терпеливо обращается к Карамзину Настя.

Как у нее еще сил хватает сдерживать себя?

– Как скажете, госпожа Чико. – Все также сладко отвечает начальник Калужского УВД. – Вчера к нам поступил звонок от некоего господина, он предпочел остаться анонимом в целях своей безопасности. Звонок был о том, что в Калужском молочном складе содержатся наркотические вещества в больших количествах. Количества не уточнялись. Мои люди попытались выяснить это сами, но проблема встала перед ними и серьезная. Эта проблема – депутат Госдумы Александр Срытников.

Он моих людей не пускает туда на отрез, угрожая расправой в том, что у нас пустые домыслы, а звонивший либо недолюбливает его, либо просто пошутил. – Карамзин переводит свое дыхание, сопровождающееся одышкой, и продолжает. – Кроме этого мне позвонил еще один депутат, какая-то большая шишка в думе, Федор Горбунков, если не ошибаюсь. Он сказал, что если нам нечем заняться, они сократят наш штат, понимаете, о чем я?

– Ситуация запутанная, но интересная.