Дьявольское измерение

Наши люди все равно найдут ее, сейчас они обыскивают подвал. Не надейтесь, что вы ее спрячете, и если она мертва…

Ламберт издал крик отчаяния и спрятал лицо в своих длинных пальцах.

– Она… она… не говорите, что она мертва!

– Значит, вы действительно любили ее! – торжествующе воскликнул Филлипс и переглянулся со своими спутниками.

– Конечно, я люблю ее. И она ответила мне взаимностью. Мы были тайно помолвлены и должны были пожениться, когда закончим эти чрезвычайно важные эксперименты. Хотя это позорно – обвинять меня в том, что я убил ее.

Если я это сделал, то это была не моя вина.

– Значит, вы все-таки убили ее?

– Нет, нет. Я не могу поверить, что она действительно ушла.

– Почему вы уклонились от расспросов ее родителей?

– Потому что… Я пытался вернуть ее… чтобы вновь материализовать ее.

– Вы имеете в виду вернуть ее к жизни?

– Да.

– Разве врач не мог бы сделать это лучше вас, если она спрятана где-то здесь? – серьезно спросил Филлипс.

– Нет, нет.

Вы не понимаете. Ее нельзя увидеть, она дематериализовалась. О, уходите. Я единственный мужчина, за исключением, возможно, моего друга доктора Моргана, который может ей сейчас помочь. И Морган – я думал позвонить ему, но я работал каждое мгновение, чтобы получить правильную комбинацию. Уходите, ради бога!

– Мы не можем уехать, пока не выясним судьбу мисс Кроуфорд, – терпеливо сказал Филлипс.

В огромную лабораторию вошел еще один сыщик. Он пробирался сквозь мириады странных машин, причудливую коллекцию ксилофонов, гонгов, каменных плит, вырезанных в причудливых узорах для получения странных ритмичных звуков, всевозможных электрических устройств.

Рядом с Филлипсом стояла плита площадью несколько квадратных футов из тяжелого металла, поднятая с пола на шестах из другого материала. К потолку были прикреплены толстые шпильки из того же металла, что и большая пластина.

Один из сыщиков постучал себя по лбу, указывая на Ламберта, который нервно закуривал сигарету.

Новоприбывший доложил Филлипсу. Он держал в руке два или три листа бумаги, на которых что-то было написано.

– Единственный другой человек здесь – глухонемой, – сказал сыщик Филлипсу, своему начальнику. – У меня есть его история. Он пишет, что заботится о вещах, готовит им еду и так далее. И он пишет далее, что, по его мнению, женщина и этот парень Ламберт были влюблены друг в друга. Он понятия не имеет, куда она делась. Вот, прочтите это.