Горбун

Я швырнул деньги ему в лицо, и лукавый малый мне прогнусавил: «Однажды мсьё Невер тоже меня ударил, но он заплатил мне за это сто пистолей».

– Ну, это уж слишком! – заметил Кокардас.

Паспуаль весь покрылся испариной, так живо реагировал он на рассказ Лагардера.

– Словом, я почувствовал, что начинаю сходить с ума, – продолжал Капитан. – Нужно было, каким то образом положить этому конец. Однажды я оседлал своего вороного и поехал верхом к Лувру, где у выездных ворот, в конце концов, и дождался Невера.

Когда он появился, я его окликнул по имени.

«В чем дело?», спросил он.

«Господин герцог, – ответил я, – уповая на ваше великодушие, я пришел просить вас обучить меня при свете луны вашему таинственному удару шпагой».

Он окинул меня с головы до ног, видимо предполагая во мне простолюдина, и все же спросил: «Кто вы?»

«Шевалье Анри де Лагардер, – ответил я. – Милостью его Величества гвардеец его легкой кавалерии, в прошлом корнет, затем лейтенант в гарнизоне Конси, потом капитан наваррского полка, отовсюду уволенный за нарушения устава».

«А – а! – перебил меня он, слезая с лошади. – Так вы и есть тот самый Лагардер Красавец? Как же, как же? Наслышан. Не скрою, многие из ваших приключений вызывают у меня если и не зависть, то по – крайней мере сочувствие».

Мы бок о бок прошли несколько шагов к церкви Сэн Жермэн ль'Аукзеруа.

«Если вы не считаете, меня достаточно благородным, – начал было я, – чтобы обнажать передо мной шпагу…»

Он бы превосходен, просто превосходен.

Вместо ответа он направил свою шпагу мне прямо в лоб с такой точностью и стремительностью, что не отскочи я вовремя, быть бы мне уже на том свете.

«Вот мой удар», – сказал он.

Поблагодарив его от всей души, «И еще разок, если можно», – попросил я.

«К вашим услугам!»

Дьявол! На этот раз он успел меня немного кольнуть в лоб. Я был задет. Надо же, – не смотря на то, что ожидал удара и был готов в любой момент его парировать, или отпрыгнуть самому.

Мастера шпаги слушали Лагардера, раскрыв рот. Удар Невера начинал приобретать какой-то сверхъестественный ореол.

– Что же, так таки ничего нельзя было заметить в его движениях, чтобы во – время отреагировать? – осторожного поинтересовался Кокардас.

– Конечно же, можно. Я прекрасно видел его кистевой финт, но не успевал парировать полувыпад. Он стремителен, как молния.

– Чем же все закончилось?

– К сожалению, ничем.