За любовь

Девчонки были в ярости и хотели разобраться с ублюдком, но Аня ни секунды больше не могла оставаться в этом месте. Только оказавшись в своей комнате и кровати, девушка дала волю слезами. С тех пор мужчины вызывали у Ани не просто неловкость и опасения, но и ужас. Зато у подруг идей по сводничеству больше не возникало, они вообще старались избегать разговоров на эту тему, за что Аня была им безмерно благодарна. Больше никаких экспериментов она ставить не хотела, а потому жизнь ее замкнулась в круге: дом, учеба, работа.

Но десять дней назад все начало стремительно меняться. И имя этим переменам – Марк. Как ни странно, но рядом с ним Аня чувствовала себя в безопасности, не взирая на исходящую от него какую-то животную энергетику и силу. Конечно, поначалу она не хотела ворошить гнездо своих страхов, а потому решила, что лучше выкинуть из головы нелепое знакомство.

Но это было уже не в ее власти. Весь следующий день Аня только и думала о Марке, прокручивая в голове произошедшее: смеясь над веселыми и нелепыми моментами, краснея от некоторых не совсем приличных.

С каждой минутой она все сильнее понимала, что ждёт его звонка. Ждёт с предвкушением и радостью, как нормальная девушка, которой понравился мужчина. Это так ее воодушевило, так обрадовало, что она перестала себя одергивать и подавлять свои желания. А они были на удивление просты и понятны. Ей хотелось снова оказаться в водовороте эмоций и чувств, хотелось той непринужденности и юмора в общении, а еще хотелось почувствовать себя женственной под его дерзким, раздевающим взглядом и возможно, зайти дальше…

Но через два дня восторг и радость сменили грусть и смирение, ибо Марк так и не позвонил.

«А на что ты надеялась? Ясно же, что такого мужчину вряд ли заинтересует обычная девчонка, не слишком обременяющая себя заботами о красоте.» – рассуждала она, возвращаясь прогулочным шагом с работы. Аня любила гулять в одиночестве, особенно, после суеты рабочего дня, любила подумать в тишине и покое. В общежитии это сделать было просто невозможно.

И она в очередной раз убедилась в этом, когда добрела до родных пенатов. Во дворе, как обычно, было много народа: кто курил, кто болтал, сидя на лавочке, кто читал, развалившись под деревом. В такую жару никому не хотелось сидеть в комнатах.

Она и сама думала расположиться где-нибудь на лужайке. Уже даже присмотрела свободное место, как вдруг услышала своё имя, произнесенное низким баритоном с хрипотцой и рокочущим акцентом.