Похитители детей

Он спустится на веревке вниз, заберет младенца и с помощью лебедки поднимется вместе с ним обратно на крышу – хотелось бы надеяться, до того, как появится тренер Крид. Мальчик подцепил крюк с мотора лебедки к карабину на своей обвязке и разблокировал храповик.

К отелю подъехали утренние мусоровозы, мусорные баки загрохотали по бетонной площадке. Слыша сигналы, которые мусоровозы подавали, двигаясь задним ходом, Лукас всегда представлял гибель своей матери.

– Сосредоточься, Лукас, – пробормотал он сам себе.

Тринадцать этажей до земли.

Необходимо собраться. Лукас шагнул спиной вперед за край крыши, уперся ногами в стену и немного повисел, привыкая к обвязке.

Он впервые спускался в одиночку. Во рту пересохло настолько, что мальчик ощущал вкус новой пломбы в одном из зубов. Лукас рассчитал расстояние до парковки.

Пятьдесят два метра. Сто семьдесят футов.

Он напряг бицепсы, обхватил веревку пальцами и переключился в режим свободного падения.

Когда лазаешь, всегда ощущаешь тот миг, когда надежность держащих тебя веревок сменяется свободой спуска. Сердце Лукаса затрепетало, когда он заскользил вдоль стены. Веревка загудела. На седьмом этаже он миновал окно своего номера. Опустившись на землю, Лукас выбрался из обвязки и прикрепил ее к лебедке, которая поднимет его обратно.

Лукас крадучись обошел здание, направляясь к задней парковке. Вот она – тележка для покупок с лежащим внутри младенцем, в точности как он видел ее с крыши.

А вдруг ребенок не живой? Лукас попытался вспомнить, доводилось ли ему видеть мертвецов раньше. Он никогда не бывал на похоронах, никогда не видел мертвого младенца и совершенно точно не хотел увидеть.

Сердце в груди грохотало.

На цыпочках Лукас двинулся в сторону тележки. Последние фонари на парковке погасли, и единственным источником света осталось утреннее солнце. Мальчик шел по асфальту, старательно перешагивая через белые линии.

Лукас схватился за ручку тележки, посмотрел внутрь. И ахнул.

Фургон, который он видел всего несколько минут назад, влетел обратно на парковку. Шины визжали по асфальту, вокруг колес клубился белый дым. Единственная фара фургона приближалась, надвигаясь прямо на Лукаса. Глаза мальчика расширились.

«Младенец», – подумал он.