Паранойя. Почему он?

– У тебя не забалуешь, Алексеич.

– А ты думал, генеральские погоны просто так достаются что ли?

– Твоя правда, – хмыкнул Елисеев и поднялся с кресла. – Ну, пойдем, я хоть на Настеньку -красавицу полюбуюсь одним глазком.

– Что-то ты зачастил любоваться Настенькой, друг мой, – холодно заметил отчим.

– Побойся бога, Гриша! – возмутился Владислав Петрович, я же от шока чуть с подоконника не грохнулась.

– А что? Твоей Верочке сколько? Двадцать-то есть?

– Ну, ты не сравнивай. Верочка уже и Крым, и рым… А на Настеньку дышать -то лишний раз страшно.

– Вот и не дыши.

– Иди ты, Гришка! Я на дитё ваше не засматриваюсь, а присматриваю Виталику. Вернется с Америки, познакомить надо. Может, глядишь, понравиться орлу моему, – выдал он на полном серьёзе. У меня же было ощущение, что я попала в палату к недолеченым.

– Опоздал ты со своим орлом, Петрович, мой её уже лет пять назад присмотрел, – со смешком отозвался папа Гриша, а у меня внутри всё мгновенно вскипело, передернуло всю, стоило только услышать ненавистное имя.

– Яшка что ли? – удивленно воскликнул Елисеев.

– Ну. Приедет на каникулы, и коршуном вокруг неё вьётся, глаз не сводит. Смешно так.

Стервятником! – выплюнула я про себя и посмотрела на свои ладони в мелких, белёсых шрамах. Смешно ему.

– Влюбился, – добродушно отозвался Владислав Петрович, и смешно стало уже мне.

Яша Можайский и влюбился – это что-то из разряда фантастики, а если в сюжет вплести еще и меня, то это будет фантастика с элементами боевика и хоррора.

Хорошо, что мужчины, наконец-то, покинули библиотеку, потому что сдержать смешок у меня не получилось, хотя смешного в этом было очень мало, как и в том, что в холле часы пробили восемь часов.

Супер! Я опоздала на ужин.

Всё, Настенька, теперь можешь точно попрощаться с фестом и ужином.

Впрочем…

– Что мне ужин, что мне фест, если светит переезд?! – пропела я и тяжело вздохнув, выползла из своего укрытия, прихватив дебильную книжонку.

Забросив ее на дальнюю полку, еще раз тяжело вздохнула и поплелась получать заслуженный нагоняй.

А всё из-за этого проклятого женского любопытства. Вот ничему нас история Евы не учит. НИЧЕМУ!

(2) КСВ – кризис среднего возраста.

(1) Дейл Бре?кенридж Карнеги – американский педагог, лектор, писатель, оратор-мотиватор.

Глава 2

«Совершенство в чем бы то ни было – скука смертная!»

К. Маккалоу «Поющие в терновнике»

– Что ты творишь?! Чего ты добиваешься, Серёга? Я твою логику вообще не пойму.