Эфирное время

У него тяжело, с болью и высокой температурой, резались зубки, ночами он плакал и совсем не спал.

– По делам, – буркнул Саня, стараясь не глядеть на жену, машинально расстегнул и опять застегнул короткую дубленку, еще раз поправил шарф и затоптался у двери, как нетерпеливый конь.

– В десять вечера? Не ври, Санька, какие могут быть дела в десять вечера в субботу? – Голос Натальи задрожал, послышались гадкие истерические нотки.

– Прекрати. Ты отлично знаешь, дел у меня сейчас очень много.

Я должен встретиться с одним нужным человеком. Вернусь поздно, – Саня старался говорить спокойно, но раздражение все-таки вырвалось наружу, – и вообще, хватит. Мне надоели твои истерики.

Наталья всхлипнула. Лицо ее моментально вспухло и покрылось красными пятнами.

– Я сижу дома целыми днями. Двор, магазин, детская поликлиника. Я так с ума сойду, Саня. Ты уходишь, когда хочешь, куда хочешь, а я сижу, как привязанная, в четырех стенах.

Я ведь знаю, у тебя есть кто-то. Но я не могу тебе тем же ответить. Не могу…

– Почему ты без конца пилишь меня?! И так тошно! Нет у меня никого, поняла, дура?! – неожиданно для себя выкрикнул Саня ей в лицо так, что полетела слюна, и оттого, что самому себе в этот момент стал противен, разозлился еще больше. – Ты сидишь с ребенком. Я кормлю семью. У нас все нормально. Квартира, машина, дача, две шубы у тебя, на день рождения захотела изумрудные сережки – купил.

Платье от «Диора» захотела – купил.

– Ага, конечно! – Наталья шмыгнула носом. – А куда я пойду в этом платье? В детскую поликлинику? На рынок? Ты обещал няню!

– Слушай, детка, ты понимаешь, что в стране кризис? Ты хоть раз вместо сериала новости посмотри! Где я тебе сейчас возьму денег на няню? Скажи спасибо, что на памперсы пока хватает.

– Не называй меня деткой! Ты прекрасно знаешь, не смотрю я сериалы, меня от них мутит, – всхлипнула Наташа, – не делай из меня идиотку.

Это очень удобно – иметь тупицу-жену, предмет домашнего обихода. Тогда и на сторону не грех сбегать. Скучно ведь с дурой, которая, кроме всяких «Жестоких ангелов», ничего не видит и не понимает.

Из комнаты послышался громкий детский плач. Наталья махнула рукой и произнесла неожиданно спокойно, вскинув подбородок:

– Ладно, катись куда хочешь.