Доминум

Пока что выделенное жилье не очень приходилось мне по душе – я никак не мог его обжить, оттого оно казалось отталкивающим и холодным. И все же я понимал, что однажды придется ко всему привыкнуть и наконец достать вещи из дорожных сумок, чтобы переложить в дубовые шкафы. Но сейчас единственное, что нравилось мне в этом месте, – вид с балкона. Все тринадцать башен протекторов возвышались над лесом, синяя листва которого призрачно переливалась в темноте. Над головой находилось вечно звездное небо – бесконечное и глубокое.

Темнота была постоянной в Соларуме – он витал над Землей, ровно напротив Солнца, отчего никогда не озарялся его светом.

Я держал в руках полупрозрачную инфору, между двумя частями которой образовался свиток-проекция. Я читал, пытаясь отвлечься, но не мог запомнить ни строчки. Последние дни прошли как в тумане, в постоянных домыслах и лечении телесных и душевных ран. До этого же мне, протектору без небесного знака, пришлось столкнуться с кучей проблем. И пара случаев, когда я чуть не умер, казались самыми смехотворными из них.

Главной незадачей был тот факт, что моя душа оказалась раздроблена. За последнюю неделю что с ней только ни происходило: начиная от потери осколка и заканчивая слиянием со звездой красного спектра – Антаресом Непогасимым. Тот был бывшим Верховным Света, которого все считали давным-давно умершим, пока не узнали, что один из его осколков оказался внутри мелкого протектора. Все перечислять слишком долго, но вот как теперь представлялись дела: душа в моей оболочке состояла лишь из двух моих осколков и одного чужого – разума Антареса. Помимо этого, не так давно мне открыли, что всю свою жизнь (по крайней мере, очень долгое время) я ходил без третьей части души, что вообще звучало неправдоподобно, ведь при потере осколков творятся, мягко скажем, вещи малоприятные. В общем, я не знал, где моя пропавшая часть души и как ее искать. Даже не имел понятия, откуда начинать поиски. Зато у меня на руках оказался огромный запас светозарного огня Антареса, его эфирное сердце – оно находилось в звезде-подвеске. Я как раз уныло рассматривал ее – в тысячный раз за пару дней. Мне хотелось задать ей вопросы, но ответов я все равно бы не получил. Еще подвеска напоминала мне об отце – необъяснимая и хрупкая нить, оставшаяся между нами. Лишь недавно я вспомнил, как он отдал мне ее прямо в руки. В ней заключалась огромная яростная мощь, которая могла уничтожить все вокруг за долю секунды.