Акварель живыми цветами

"Чем же я буду отличаться от них?"

Конечно, эта сила могла действовать по-другому, и однажды ее заставили использовать ее. Она смогла. Сделала все хорошо, прекрасно. Но это только усилило страх.

Это чувство, оно мешало. Ведь глубоко внутри Инга знала, как могли выглядеть ее картины, если бы она разрешила себе делать то, чему научилась.

Все изменилось в один момент. Звонок из австрийской компании Vernissage застал врасплох. Поступило предложение принять участие в небольшой выставке совместно с молодыми художниками из балканских стран.

Она, конечно, согласилась, и не зря. Впрочем, какой художник мог отказаться от такой возможности? Тем более художник без имени и без прошлого.

Нечто невероятное было в этом приглашении. Нечто странное. Но все прошло замечательно. Было много посетителей, много гостей. Ее работы хвалили. Нашелся даже автор, который писал большую статью в интернете несколько лет назад о творчестве Ингварда. И вот он был удивлен. Хотя… Он сказал, что стиль явно узнаваемый, живой и теплый, но теперь в картинах появилось больше экспрессии.

– Вы знаете, Инга. Я не был с вами знаком ранее, но мне всегда казалось, что вы мужчина. Уж извините меня за такую нелепость. А что касается вашего творчества, то теперь в ваших образах появилось больше энергии, огня. Но они, безусловно, так же прекрасны, как и раньше.

Журналист пообещал написать большую статью и даже успел задать несколько вопросов, от которых Инга почувствовала себя неудобно. Она не знала, что отвечать. Ведь на самом деле у нее не было прошлого.

Она и с настоящим-то не определилась до конца. Ее жизнь была словно книга, которую начали писать с середины.

Некоторые посетители интересовались, возможно ли купить ее картины. Другие хотели заказать у нее портреты. Посетители делали записи в книге почетных гостей, фотографировали. С каждым часом настроение у нее все более улучшалось. Так же как и у Андрэ, который взял на себя все чисто организационные вопросы. Она с неосознанной завистью смотрела, как музыкант внезапно почувствовал себя в этом водовороте лиц как рыба в воде.

Куда подевалась его обычная неуверенность и отстраненность?

В последний день к ней обратился представитель фирмы устроителя. Они были довольны. И даже очень.

Персональная выставка! Хотя и непродолжительная, но персональная. Может быть, для Ингварда это предложение и не было бы чем-то особенным, но для нее… Неожиданным, как и известие о том, что две работы приобрел неизвестный меценат.