Дождь из пепла

Вторая его рука резко дернулась вперед, крепко хватая меня за горло, а вот вторая так же осталась около груди.

– Слишком смелая для той, кто пережил пытки. – угрожающе произнес парень, не слушая приказов Вольцгмана прекратить и отпустить меня. – Готова ответить за свои слова?

Я не вырывалась и даже не хваталась за его руку, которая крепко держала меня за горло. Видимо, те сны я слишком близко воспринимала, хотя по-другому быть не могло, когда все те побои я ощущала на себе… Я посмотрела ледяным взглядом на Нартана, и с легкой хрипотцой произнесла:

– Кроме жизни, мне терять нечего, а она выдалась паршивенькой.

Если ответом за мои слова послужит смерть, то приступай.

Да, я слегка блефовала, но… друг смерть здесь всё же вернет меня домой? Это давало крохи сил. В остальном же… как бы я не храбрилась, события на том поле нанесли сильную травму. Её не увидеть, её не залечить как простые порезы. Я надеялась на возвращение домой, но иногда… да, иногда мне хотелось именно смерти.

Сейчас смерть для меня представлялась именно тем пылающим полем, криками, брызгами крови и беспомощностью.

То ощущение, когда на тебя безоружного несутся чудища с мечами. То ощущение, когда ты не можешь даже убежать от смерти…

Я перестала контролировать свои мысли, отпустила всё, и те события вновь пронеслись калейдоскопом, пробуждая ужасные чувства. И мальчишка… тот мальчишка, он словно замер и повторял одну фразу "Мы не обязаны выжить, мы должны всего лишь задержать врагов".

Нартан отскочил от меня бледный, с трясущимися руками, а по его щекам текли слезы.

Я же чувствовала себя до того слабой, что даже руки было сложно поднять. Это действительно было тяжело, но я всё же смогла дотронутся до своей щеки, которая была влажная от слез. Болело в груди и было тяжело дышать. Мне было плохо. Смотря на Нартана, я видела в нем своё отражение.

– Нарт, что ты увидел? Что ты сделал? – кричал Вольцгман, подходя к парню.

Не дождавшись реакции от своего подчиненного, мужчина подошел ко мне и присев на корточки, пытался расспросить о моем самочувствии.

Вот только горло сдавило, и я не могла говорить. Первым оклемался Нартан. Держась за стол, он подошел ко мне и отстранил своего командира, занимая его место.

– Тай… Тая прости, пожалуйста. Прости. – парень сжал мои трясущиеся руки. – Прости, что заставил тебя это пережить.

– З-заставил? – хрипло и шепотом произнесла с трудом, когда поняла, о чем он. – Т-ты вызвал эт-ти во… воспоми…

– Да, я.