Демоверсия

В эту секунду не существовало даже человека, сидящего напротив, – все его тело рассыпалось на шарики мускулов, оставались только глаза, и от нее оставались только глаза, и в каждом из этих глаз, на дне зрачка, светился необъяснимый яростный пиздец.

* * *

Вскоре после начала ремонта мама уехала к родственникам, и Аня осталась руководить процессом.

Утром она бродила по строительному магазину с тележкой, груженной плиткой и обоями, с картонным стаканом кофе в руках. Вернувшись оттуда, показывала электрику, где устанавливать розетки, принимала доставку стройматериалов и проектировала большой шкаф-купе в комнату.

Запасы кофе поистощились, и Аня решила, что Лида и Женя могут сами себя им обеспечить.

А по вечерам она оставалась одна.

Одна!

Это слово казалось ей воплощением роскоши. Она ложилась на пол, прямо поверх пленки, закрывающей свежий линолеум, смеялась и катала во рту это новое, прекрасное слово.

«Од-на». Аня открывала вино и нарезала сыр маленькими кубиками. «О-о-одна-а-а».

Аня брала ноутбук и включала какой-нибудь легкий и прекрасный фильм. «Одна».

А когда ей надоедало, она шла гулять. Одна, конечно.

Было лето, и все вокруг было ласковым и манящим, каждый дом раскрывался неизвестной новой перспективой, и дорога разматывалась под ногами, как желтая полоска от витражной свинцовой ленты.

Иногда Аню вызывали поработать в цеху, тогда она уходила на весь день. Некоторые вечера она проводила, погрузившись в ремонтный азарт. Например, ей вздумалось вдруг перекрасить купленную для детской люстру, а заодно практически всю фурнитуру для новых дверей.

Для этих целей она купила баллончик золотой краски, застелила пол газетами и полночи брызгала – как указано на этикетке, под углом в сорок пять градусов. Ближе к утру она заснула там же, на полу, в ворохе газет. Наутро она обнаружила, что у нее и вправду золотые руки: люстра была выкрашена ровно, и так же ровно золото из баллончика лежало на ее пальцах.

– 5–

Незадолго до развода Аню (конечно, вместе с Владом) пригласили на свадьбу: подруга детства, Тая, выходила замуж.

Тая еще помнила то время, когда Аня пела, и изредка просила ее что-нибудь исполнить, хотя уже смирилась, что она совсем перестала это делать.

– Слушай, а давай что-нибудь восстановим из старого репертуара? Тая обрадуется.

Влад пожал плечами.

– Ну, попробовать-то можно, че.

Они как раз только помирились после крупной ссоры, и Влад на многое был готов. Даже взять в руки гитару.