Демоверсия

Она посмотрела объявления в сети по вывозу строительного мусора. Их было полно, но все они хотели вывозить только сразу очень много, объемом с весь дом, и денег получать примерно столько же.

Аня вышла и оглядела лестничную площадку. Весь пролет между вторым и третьим этажом, исключая небольшой проход, был завален пластиковыми мешками, белыми и зелеными, из которых торчали куски досок и огрызки кафеля. Несколько грязных листов фанеры стояло отдельно, рядом с выломанными дверными косяками. Да, их было немало, но и не размером с дом.

Так, мешков пятнадцать, никак не больше.

Она спустилась во двор и увидела дворника.

– Пять тысяч, – сказал дворник.

– Да контейнер столько же стоит, – ахнула Аня.

– Пять тысяч.

Аня возмутилась. Не то чтобы у нее не было этих пяти тысяч, но ее мусор стоил явно меньше. Без особой надежды позвонила Владу, потом еще кому-то. Все были заняты, или ленивы, или им просто было наплевать. Это не имело никакого значения.

Аня была совершенно свободна, ничуть не ленива, и если ей и хотелось на что-то наплевать, то, скорее, на общественные устои и мораль.

Поэтому, вернувшись в дом, она подошла к зеркалу, кивнула своему отражению и мысленно пожала себе руку.

Дождавшись вечера, она пошла в «Перекресток» и обратилась к охраннику. Ей было, конечно, наплевать на устои и все такое, но воровать тележки из супермаркета она все же не очень умела. Оставив в залог паспорт, она взяла большую тележку и под покровом тьмы покатила ее к своему подъезду.

Надела прорезиненные перчатки и первым делом вытащила небольшую доску, чтобы припереть ею дверь. Потом вернулась, взяла мешок за горло и потащила его вниз, оставляя длинный белый хвост.

Сначала она перенесла самые легкие мешки – с бумагой и паркетом. Когда дело дошло до кафеля, Аня стала дожидаться, пока в подъезд кто-нибудь войдет и поможет. Оставшиеся три мешка, самые тяжелые, перетащил вниз сосед с четвертого этажа.

Потом Аня нагрузила тележку первыми мешками, и тележка, шумно дребезжа, покатила их к строительной мусорке.

Это было совсем недалеко. Но свободного места в том контейнере было мало, поэтому вскоре бело-зеленые мешки оказались во всех близлежащих контейнерах.

Было уже очень поздно, Аня порядком вымоталась и уже вовсю проклинала свою неуемную (и неумную) натуру. Вся грязная, она грузила мешки, казавшиеся бесконечными, на очень и очень конечную тележку и дребезжала ею на всю Москву.