Молчание тундры

Снова вышли на незнакомую улицу и обошли по самому краю огромную лужу. Увидев идущих навстречу сельчан, спрятались в зарослях и испачкались в грязи.

Когда люди ушли, Адам с Лит продрались сквозь кусты и вышли на затоптанный участок земли к покосившейся глиняной халупе, – дверь болталась на одной петле, хлопая от ветра. Снаружи был раскидан старый хлам: повсюду валялись обрывки сгнивших тканей, ржавое железо, трухлявые доски, а внутри кузницы виднелся горн.

– Выглядит как заброшенная, – сказала девушка.

– А зачем она нужна, если нет железа.

Все мечи перековали на лопаты.

Лит вошла внутрь и увидела в углу старое оружие, которое никуда не годилось: несколько топоров и мечей без рукояти. Чем-то резко неприятно пахло. Девушка посмотрела под ноги, – пол был засыпан углём и торфом.

– У моего отца есть копия меча Нерала Талима, – похвастался Адам.

Лит недоверчиво посмотрела на парня, но ничего не сказала.

– С тобой скучно, – протянул он. – Целоваться не хочешь, за руку себя взять не даёшь.

Только смотришь по сторонам, да задаёшь глупые вопросы. Какое тебе до этого дело?

– Скучно, говоришь? – девушка толкнула Адама в бок. – А ну, догони меня!

Она побежала.

– Нам не туда, – крикнул, погнавшись за ней, юноша.

Но Лит нарочно побежала в другую сторону. Ей хотелось увидеть что-то новое. То, что скрывалось в той части Дор-Лунды, куда она ещё не ступала.

И они догоняли друг друга, смеялись на удивление прохожим. Веселье встречалось здесь столь редко, что на лицах людей читалось недоумение.

Лит и Адам, пробежав мимо хижин и огородов, попали в заброшенный двор, где мальчишки-подростки дрались на коротких затупленных мечах. Девушка остановилась, глядя на происходившее с интересом, и подошла ближе. Наконец, один подросток одолел другого и потряс в воздухе мечом в знак победы.

– Это Ник, – сказал Адам. – Его семья у нас в подчинении.

Лит узнала в победителе сероглазого мальчишку, который когда-то наблюдал за ней у храма. Светлые волосы юноши спускались до плеч.

Испачканная рубаха развязалась на горловине. Он тяжело дышал, и рука, державшая меч, дрожала.

– Вон того зовут Кевин, – продолжал Адам. – Сын старейшины, как и я.

Проигравший молча поднял руку в знак приветствия.

– А это Борн.

Самый крепкий из них, темноволосый с жёстким лицом, подкидывал вверх ягоды сушёной брусники и ловил их ртом.

– Для сопливых девчонок – Бороворн, – поправил он.

– Вообще-то, мы все в один год родились, – заметил Ник.